Нелегко жить и работать на высоте, где давление воздуха две трети атмосферы, где 240 дней лежит снег, а средняя годовая температура около минус десяти градусов. Вот почему почти каждый год прибывают на станцию новые зимовщики. Они работают год-другой и возвращаются в долину нередко с расширением сердца, разбитым на ледяных перевалах.

К изучению и прогнозированию деятельности ледников теперь подключились и космонавты. Экипаж «Салюта-3» проделал важную работу, сняв обширные районы Памира и Тянь-Шаня.

«Фокусы», которые не раз уже выкидывали ледники, грозят опасностями тысячам и тысячам людей. Достаточно вспомнить быстрые передвижения ледников Медвежьего и Дидаля, когда только своевременный прогноз, составленный учеными, и быстрое оповещение жителей позволили избежать человеческих жертв.

На станцию, как и год, и два, и десять, и двадцать лет назад, зимовщиков поднимает караван. Караванщики Маркамыл-ага, Мирзобадалов, Дехкан Абдылдаев, Азимджан Бувахалов, Маит Хаитов работают бессменно много лет. Что же держит их здесь, на пронизывающем горном ветру, на головокружительных высотах, в вечном безмолвии снега и льда? Может быть, заработки? Но в долине они получали бы, пожалуй, не меньше, чем здесь, в горах. Средний заработок у караванщиков чуть больше 120 рублей. Азимджан по специальности механик, Дехкан — чабан, Маит — шофер. Маит, между прочим, дважды бросал караван, работал в Оше на хлебокомбинате, потом на «скорой помощи», но все равно возвращался к каравану.

Маркамыл-ага которую осень подряд говорит, что последний раз прошел с лошадьми. Но наступает весна, и он опять ведет караван на ледники. Тридцать два года ходит он на великие снежные перевалы.

В чем тут дело? В привычке? В верности редкой профессии?

Я спросил об этом караванщиков. Они пожали плечами.

Потом, уже дома, вспомнил я короткий разговор с Мирзобадаловым в тот день, когда мы выходили из Алтын-Мазара на ледник.

Был прозрачный высокий день. Горы ползли в синее небо. Наши лошади шли рядом.

— Ты говоришь, что много ездишь, — сказал Маркамыл-ага. — Видел ты что-нибудь светлее моей родины?

Недавно в газетах была напечатана маленькая заметка. Вот ее текст: «Самым высокогорным местом посадки вертолетов в стране стала метеостанция «Ледник Федченко». Около месяца шла работа по строительству в заоблачной выси посадочной площадки для вертолетов. Метеорологи сумели сделать значительный для высокогорья объем работ, в том числе взрывных, раньше намеченного срока. «МИ-4» доставил зимовщикам продукты, свежие овощи, новые приборы».

И я представил на мгновенье, сколько же рейсов сделал Маркамып-ага Мирзобадалов и его караван, чтобы обеспечить зимовщиков всеми необходимыми для этой работы материалами. Сколько раз он и его товарищи рисковали жизнью. Сколько сил они отдали тому, чтобы новая тонкая ниточка связала метеорологов с «большой землей».

Мир тебе, караван! Салам алейкум!