Искренне ваш, Каррутерс».

Я откинулась на стуле. Итак, Сюзанна стала владеть замком. Именно по этой причине она собиралась замуж за Эсмонда. Теперь Эсмонд умер, и замок перешел к Сюзанне… или перешел бы, если б она была жива. Кому теперь будет принадлежать замок?

Думаю, именно в этот момент в голове промелькнула идея. Настолько дикая, абсурдная, что вначале я сразу отвергла ее. Но она, как зерно, готовое прорасти, вырваться наружу и заглушить мои принципы.

Видимо, я находилась в стрессовом состоянии.

Ведь еще несколько недель назад мне бы и в голову не пришло читать чужие письма. Я открыла второе письмо.

«Дорогая Сюзанна,

Тебе уже известна ужасная новость. Я в отчаянии. Он прекрасно себя чувствовал еще совсем недавно. Доктора недоумевают. Можешь вообразить мое состояние. Я не нахожу себе места от горя. Приезжай домой немедленно. Я знаю, ты на другом конце земли и на это потребуется много времени. Но выезжай немедленно. Мы тебя давно не видели, то ты училась во Франции, потом ненадолго вернулась и снова уехала, на этот раз в Австралию. Скоро я тебя перестану узнавать, так давно мы не виделись.

Я понимаю твои чувства. Ты будешь страдать, как и я. Ведь ты его невеста, а я его мать. Кто был ему ближе нас? Он собирался поехать за тобой в Австралию и привезти тебя домой. Здесь полный хаос. Каррутерсы твердят, они могут оформить все документы лишь в твоем присутствии. Теперь ты хозяйка Мейтленда. Какие трагедии выпали на долю нашей семьи. Эсмонд умер в таком молодом возрасте, как и его отец. Да, у меня было много горя. Мое зрение не улучшается, а наоборот. Процесс постепенный, но меня предупредили, что через пять лет я совсем ослепну.

Ты должна вернуться домой немедленно.

С любовью, твоя тетя Эмералд».

Я перечитала письма и долго сидела, уставившись в пространство. Очнувшись, я поняла, что прошел почти час. Я вспоминала прошлое, как я стояла на опушке леса и смотрела на замок. Со слов матери и Сюзанны я четко представляла себе замок изнутри.

Он удивительный.

Все это время я не думала о трагических обстоятельствах, выпавших на мою долю.

Как только человек решится совершить неправильный, бесчестный поступок или даже преступление, он сразу начинает находить себе оправдание. Это характерно для. людей.

Я — Мейтленд. Дети моего отца наверняка числились бы в наследниках. Я вторая дочь, Эсмонд и Сюзанна мертвы. Если б мои родители были официально женаты, я была бы наследницей.

Мне не надо напоминать, что мои родители не состояли в законном браке. Я была ублюдком, как незатейливо называли меня ребята в школе, а у ублюдков нет прав.

Но мой отец любил мою мать больше всех на свете, убеждала себя я. Он считал ее своей законной женой. Я Мейтленд. Я взяла фамилию отца, когда мы стали жить на острове, меня и следует считать членом семьи.

Мысль все крепла.

Если б не Сюзанна, сейчас Филип был бы со мной. Он поехал бы на свадьбу сестры, все-таки он любил меня хоть немного. Но появилась Сюзанна и украла мою любовь. А почему мне не воспользоваться ее наследством? Вот я и призналась!

— Это фантастично, — вслух заявила я, — невозможно и дико.

Но есть ли другой выход? Я реально оценивала будущее. Могу пойти к Ростону Эвансу и признаться в обмане. До сих пор ничего серьезного не случилось, просто невинная шутка. Потом можно поехать на ферму к Халмерам и жить там, пока не решу, что делать дальше. Можно занять денег и отправиться в Англию, найти место гувернантки или компаньонки, кажется, это единственный выход для женщины с образованием, которая вынуждена зарабатывать себе на жизнь. Положение жалкое, я буду несчастна.

В качестве альтернативы представилась эта абсурдная мысль.

Это неправильно, убеждала я себя. Это обман. Преступление. Разве можно об этом думать?

Но размышляя над этой идеей, я забывала о трагедии. Конечно, я не пойду на обман. Просто интересно посмотреть, как бы все вышло…

Прошел час. Я все еще обдумывала эту идею.

Могу пойти в контору Эванса. Молодой человек не знает меня, принимает за Сюзанну. Все началось со случайной встречи на улице. Меня искушала судьба, подбросила наживку. Я сделала первый шаг по наклонной плоскости, не сказав, что я не Сюзанна. Зачем я так поступила? Словно неосознанный план уже сформировался в подсознании.