Эми Джейн считала себя подходящей женой для него, а главное — именно такой муж нужен ей. Богатство, положение в обществе, уверенность в завтрашнем дне — это три желанные цели, по мнению Эми Джейн, а после бедственного брака сестры должен быть кто-то, способный поддержать реноме семьи.

Итак, Эми Джейн вышла замуж и активно взялась за выполнение поставленных задач. За короткое время она навела строжайший порядок в имении к полному восторгу сэра Тимоти и меньшему удовольствию слуг. Она уволила тех, которых сочла бесполезными, а остальные увидев что их судьба целиком находится в руках Эми Джейн, старались угодить ей изо всех сил.

Вскоре нашли подходящий домик для кюре и его незадачливой жены: им следовало жить в тени имения Ситон.

Эми Джейн принялась за выполнение второй задачи, а именно: населить пустые детские комнаты имения.

В этом она оказалась менее удачливой. Сначала у нее был выкидыш, она отнесла эту неудачу за счет недосмотра Всевышнего, ведь она так молилась, чтобы Бог послал ей сына. Вскоре она снова забеременела и на этот раз более успешно, по крайней мере, для начала.

Сэр Тимоти был в восторге от хныкающей инфанты, которую пришлось хлопнуть по спинке лишний раз, чтобы она начала дышать.

— В следующий раз будет мальчик, — заявила Эми Джейн тоном, не терпящим возражений даже от неба.

Оппозиция пришла со стороны врача: Эми Джейн подвергнет опасности свою жизнь, если попробует родить еще раз. Придется довольствоваться девочкой. Ребенок выживет.

— Не советую рисковать, — заявил врач. — Я не могу отвечать за последствия.

Ни Эми Джейн, ни сэр Тимоти не желали несчастья, и больше у них не было детей, а Джессами, которая первые несколько недель робко хваталась за жизнь, внезапно начала требовать пищу, плакать, дрыгать ножками и ручками, как все новорожденные.

Через несколько месяцев после рождения Джессами к викарию рука об руку явились жизнь и смерть. Эми Джейн находилась в шоке. Моя мама ужасно ее разочаровала: она не только нашла невыгодного мужа в то время, как ее способная сестра входила в приятный дом сэра Тимоти, она к тому же родила дочь и умерла при родах. Маленький ребенок у отца, который и так беспомощен, это большое неудобство, но женщину такого масштаба, как моя тетя, не удержать. Она нашла Джанет и привела к нам в дом. Обо мне стали заботиться, и Эми Джейн как ближайшая родственница тоже присматривала за мной.

Ее бесценная Джессами стала составной частью моего детства и отрочества. В дом викария приносили ее старую одежду и перешивали для меня. Я была выше ростом, но она шире в плечах, поэтому в длину платье отпускали, в плечах ушивали.

— Это совсем нетрудно, — повторяла Джанет, — все равно платья гораздо лучше, чем купленные в магазине. На вас они сидят лучше, чем на мисс Джессами. — Приятно слышать это от Джанет, которая ни за что не солжет.

Я привыкла к поношенной одежде, почти все платья я получала после Джессами. Я проводила с ней много времени, донашивала ее одежду. Она не могла не стать частью моей жизни.

Тетя Эми Джейн решила, что модно посылать девочек в школу, и пошли разговоры на эту тему Я обрадовалась, Джессами ужаснулась. Но доктор Сесил заявил, что Джессами слишком слаба и не сможет жить в интернате.

— У нее слабые легкие.

У меня легкие крепкие, но меня не отправили в школу одну.

Когда в имении устраивали вечеринки, тетя Эми Джейн всегда приглашала меня. Она подъезжала к нашему дому в карете, зимой с пледом на ногах, а летом с зонтиком от солнца. Зимой она носила прекрасную муфту из соболиного меха, кучер открывал перед ней дверь, и она шагала в дом. Летом она сначала открывала зонтик и передавала его кучеру, он одной рукой держал над ней зонтик, а другой помогал сойти со ступеньки кареты. Я наблюдала за этим ритуалом из окна второго этажа со смешанным чувством веселья и благоговения.

Отец смущался во время ее посещений. Он начинал лихорадочно искать очки, а они были у него на лбу.

Цель ее визитов — я, ведь я — ее обязанность. Она не видела причин беспокоиться о человеке, жизнь которого целиком зависела от благосклонности ее и сэра Тимоти. За мной посылали, и она внимательно изучала меня. Джанет говорила, леди Ситон не любит меня, потому что у меня крепкое здоровье, и, глядя на меня, она вспоминает о больных легких Джессами и о других ее болезнях. Я чувствовала нелюбовь тети. Она заботилась обо мне из чувства долга, а не из чувства привязанности. А мне не нравилось быть объектом для исполнения долга.

— В следующую пятницу у нас музыкальный вечер. Анабель должна присутствовать. Она заночует у нас, потому что вечер закончится поздно. Дженнингс принесет тебе платье, оно в карете.

Мой отец, подавляя чувство самоуважения, говорил.

— Это лишнее, мы можем купить платье для Анабель.

Тетя Эми Джейн рассмеялась. Я заметила, ее смех редко звучал весело. Обычно смех служил средством отрицания или подчеркивания безрассудности поведения человека, на которого направлен.