Шрифт:
Фалуэлл полистал блокнот:
– «Лаборатория хиральности».
– И какими исследованиями они занимались?
– Какими-то хиральными сверхпроводниками.
– Про сверхпроводники я поняла, а что такое «хиральные»?
– Я уже посмотрел – правда, объяснения не понял. Что-то об электронах, которые движутся только в одном направлении.
– В общем, они занимались чем-то, что сильно расстроило Коттона. Поэтому он и привел сюда свой эскадрон смерти.
– Если его так сильно расстраивают передовые технологии, то почему он не предпринял атаку на какую-нибудь крупную аэрокосмическую или биотехническую компанию?
Дениз задумалась:
– Слишком трудно. Он выбирает легкие цели. – Она снова обвела взглядом старое здание. – В смысле взгляни вокруг. Тут даже ограждения нет. Человек шесть в штате. Как и раньше. Маленькие, относительно малоизвестные фирмы. Жертвы ему нужны, чтобы в новости попасть. Давай сделаю предположение: передовых исследований они не вели. В руководстве не было известных людей.
Опустив голову, Фолуэлл посмотрел в свои записи:
– Этот Олкот преподавал физику в одном из университетов Лиги плюща [33] .
33
Лига плюща – группа самых престижных частных колледжей и университетов на северо-востоке США, известных высоким уровнем обучения и научных исследований. Название связано с тем, что по английской традиции стены университетов – членов Лиги увиты плющом.
– Да, я знаю. Он ведь уже на пенсии, верно? Ему за восемьдесят было. Наверное, играл роль свадебного генерала. – Дэвис на некоторое время замолчала. – Что-нибудь известно об их финансировании?
– Я утром поднял бумаги, – Фолуэлл вывел на экран планшета сканы лицензий, устава, регистраций и принялся их листать. – Похоже, изначально финансирование поступило от этой самой «Ширсон – Байерс», и, если судить по хронологии других документов из Комиссии по ценным бумагам, основатели компании были довольно осмотрительными людьми и изначальный грант потратили на покупку контрольного пакета через более мелких инвесторов.
– Есть что-то общее с предыдущими взрывами?
Фолуэлл покачал головой:
– Проверим на «пустышки» и филиалы, но по первому взгляду можно сказать, что нет. Компании, в основном, со Среднего Запада и Юга. Скорее всего, доктора и юристы без связей в Силиконовой долине, которые хотели сорвать большой технокуш. – Он пролистал еще несколько страниц. – Но, судя по всему, им впарили липу..
Дениз удивленно посмотрела на Фолуэлла:
– Почему ты так думаешь?
– Президент компании, этот Джон Грейди, – ему всего тридцать один год. По словам его родителей, он получил грант Национального научного фонда.
– А на самом деле нет.
Агент кивнул в знак согласия:
– В документах Национального научного фонда о нем нет никаких упоминаний.
– А как насчет его академических связей?
– О! В том-то и дело. У него нет образования. Университет он не заканчивал. Вылетел из Олбани [34] . Получил степени бакалавра и магистра по физике на онлайн-курсах. Его родители сказали, что они очень гордились им, потому что он сумел преодолеть свои трудности с обучением.
34
Имеется в виду государственный университет Олбани.
– А конкретно?
Фолуэлл просмотрел свои записи:
– Врожденную синестезию.
– Это еще что такое?
– Похоже, он мог видеть музыку и слышать числа – проводка в мозгах неправильная. Что-то в этом роде. У него еще было навязчивое состояние: он постоянно бумагу складывал.
Дэвис снова взглянула на обгоревшие оригами, разбросанные среди руин.
– Успеваемость посредственная. Странный был паренек. Проблемы с поведением… – Он снова пробежал глазами по бумагам. – В общем, что-то в этом роде.
Дэвис задумалась:
– А знакомая картина, кстати. Пять лет назад бомба взорвалась в Новом Орлеане – там основатель компании страдал от синдрома Аспергера или чего-то похожего. Еще люди с умственными расстройствами по делу не проходили?
Фолуэлл поднял на нее глаза:
– Просмотрю записи, но к чему ты клонишь?
Дэвис перебрала в памяти предыдущие случаи:
– Был взрыв, устроенной веятелями в Тампе, – еще до того, как нас перебросили на это дело. Лет девять назад, кажется. Там инженер-электрик утверждал, что его финансирует министерство обороны. Но военные ему денег не давали.
Фолуэлл кивнул.
– Так, может, Коттон ненавидит аферистов из сферы высоких технологий? Может, у него мама все пенсионные накопления из-за таких потеряла?
– А эта «Лаборатория хиральности» хоть одну заявку на патент посылала?
Фолуэлл пролистал записи, потом покачал головой:
– Нет. Вообще ничего.
Дэвис взглянула на вертолет телекомпании, зависший в полумиле от них. Она знала, что у их камер впечатляющие возможности. Сейчас журналисты вели прямой репортаж, еще больше раздувая эго Коттона.