– Отдай куртку, - пискнул таракан с оружием - и мы тебя отпустим.

Отпустишь, как же. Я шагнул впереди и одной рукой схватился за трубу, второй толкнул таракана с ножом так что он пробежал задом пару метров и упал на жопу.

Таракан с трубой напрягся и попытался вырвать, да ладно. Я легко дернул на себя, ломая ему пальцы, и кинул трубу за спину. Она покатилась по полу оглушительно грохоча.

– Беги, пока я не передумал.

Таракан прыгнул вперед и нарвался на удар правой. Хрустнула челюсть и он улетел влево, разбрызгивая кровь. Уже бежал второй таракан, беспорядочно махая ножом. Я сжал кулаки и встал, закрывая лицо. Черт, его знает, драться не умею совсем, но лицо жалко.

Таракан ударил на бегу, я ушел вправо, левой рукой ухватил руку с ножом а правой дал по черепу. Кажется перестарался.

Итак расклад. Этот мертв или без сознания, второй со сломанной челюстью ползает по полу и ищет трубу.

Я уже хотел огреть его, его же оружием, когда включился прожектор. Они меня преследуют что ли сегодня?

Над головой зависла машина. Не такси и не полиция, легковушка. На днище очень четкий черно-белый логотип. Человечек убегает на фоне небоскреба, а за ним гонятся охотники.

Луч прожектора прошелся по тараканам и остановился на мне. Охотники нашли меня.

Четвертая глава

Я стоял и ждал. Машина медленно опускалась на площадку. Черт, совсем забыл, что сигнал уже 'прилетел' охотникам. Неужели всё? Игра закончится не начавшись?

Машина негромко ухнула и остановилась, достигнув земли. Прожектор сфокусировался на мне. Специально слепят гады, чтобы не видел ничего.

Я, прикрывая глаза руками, потихоньку отступал назад. Два силуэта. Первый сидит слева за рулем, второй поднялся и вылез на платформу. Руки тянет ко мне и вдруг становится темно. Кто-то выключил прожектор.

Теперь я окончательно ослеп, почему они не ничего не делают? Легкая же мишень. Глаза привыкают к нормальному освещению и уже могу рассмотреть охотников.

Оба одеты в черную кожу. Лица наполовину закрыты черными масками, видны только глаза. Злые глаза. Первый даже не встал и сидит, свесив левую руку за борт. Второй, на платформе, еще не спрыгнул на землю, смотрит на меня. Я - стою напротив.

– Перун!
– говорит тот, что сидит, - Однако, не интересно так.

– Да уж, - говорит Перун, - Свену и Альфу выговор. Это что за непуганый идиот.

– Ну так неинтересно совсем, кончим его и все на этом. Я на такое не подписывался.

Второй опять поднимает руки, складывает их вместе и поворачивает ладонями вперед. Прямо в его ладонях зарождается шарик света , сначала маленький, потом он увеличивается в размерах и тонкий луч вырывается и освещает мое лицо. На этот раз не слепит и глазам не больно.

– Прикольный имплантант, - говорит Перун, поворачивая ладони, вокруг своей оси, - специально приживил, чтобы крыс искать в темных закоулках. Удобно очень. Этот какой-то совсем тормоз. Лицо пропитое. Стоит, таращится. Чего смотришь, придурок?

– Сам придурок, - вдруг вырывается у меня и лицо Перуна искажается. Его буквально корчит от злобы и луч света тухнет.

– Беги!
– кричит хохоча водила, - Беги, 'дурак с нижнего уровня'!

И я побежал.

Со свалки был только один выход - проход между домами, туда я и рванул. Сзади начало резко светлеть, на нижние уровни вдруг пришло солнце, которого тут не было тысячу лет. Жар ударил в спину, как будто рядом появилась доменная печь, работающая во всю мощь.

Я оглянулся и увидел это.

Охотник, называющий себя Перуном висел над машиной, не держась ни за что. Вокруг него разгорался большим кругом свет, руки он поднял над головой ладонями друг к другу. А между ладонями что-то искрило. Синяя полоса соединяла ладони, дергалась, искрилась, светилась.