– Это что, такое правило? – спросил Джон, подходя к голове ее лошади.

– Конечно! – Девушка переложила уздечку в правую руку, перенесла одну ногу через луку седла и соскользнула на землю. Оправляя складки своего поношенного платья для верховой езды, она подняла голову и взглянула на Джона. – О боже, вы и в самом деле гигант!

Он улыбнулся.

– Ну да! Вы уже сегодня говорили мне об этом!

Она рассмеялась, слегка покраснела и ответила:

– Я только сейчас осознала, насколько вы большой! Вам следует знать, что обычно я смотрю мужчинам в макушку.

Джон понимал, что она говорит правду. Ему мисс Сторневей не казалась слишком высокой, но было ясно, что она выше даже его сестры. Да и сложена гораздо лучше. Привязав лошадь девушки к стойке ворот, он сочувственно произнес:

– Это настоящее испытание, верно? Я это чувствую на себе, а сестра вообще говорит, что высокий рост – проклятье всей ее жизни. А вы всегда ездите верхом без сопровождения, мисс Сторневей?

Она уже успела расположиться на скамье возле сторожки, под доской, на которой большими черными буквами было написано: Эдвард Брин.

– Да, всегда! – ответила леди. – А вам это кажется неприличным? Я ведь не маленькая девочка, знаете ли!

– О нет! – очень серьезно ответил Джон, подходя к скамье и усаживаясь рядом. – Наоборот, не сочтите за дерзость, но мне это в вас нравится. С тех самых пор, как я вернулся домой, я только и думаю о том, что в Англии чересчур заботятся о приличиях.

Она, подняв брови, спросила:

– С тех пор, как вернулись домой?

– Да. Я ведь солдат. Точнее, был им.

– Вы воевали на Пиренейском полуострове?

Джон кивнул.

– Мой брат тоже там был, – порывисто произнесла мисс Сторневей. – Он погиб.

– Мне очень жаль, – сказал капитан. – Где?

– В Ла-Альбуэре. Он был в седьмом стрелковом полку.

– Вы должны им гордиться, – произнес Джон. – Я тоже был в Альбуэре. Я видел, как стрелки вступили в бой.

Она вздернула подбородок.

– Я им горжусь. Но он был наследником нашего дедушки, и… Да ладно уж! В каком полку вы служили?

– В третьем драгунском гвардейском полку.

– Как вас зовут?

– Джон Стейпл. Я велел Бену представить меня денщиком – слугой офицера. Видите ли, он заявил, что моя речь слишком хороша.

Мисс Сторневей, рассмеявшись, сказала:

– Он прав! Но как мне к вам обращаться?

– Для всех друзей я Джек.

– Но я не могу себе этого позволить!

– Если вы начнете называть меня капитаном Стейплом, вы тут же меня выдадите, – напомнил он ей. – Ведь я всего лишь привратник. Я не стану посягать на вашу территорию, мисс Нелл! Этого я делать не собираюсь, можете не волноваться!

– Вы определенно сумасшедший! – вздохнула она. – Скажите, как так вышло, что вы стали привратником?

– О, совершенно случайно! Я был в гостях у одного из своих кузенов. Бедняга – глава нашего рода и ужасный зануда! Это было так невыносимо, что я откланялся, рассыпаясь в извинениях, и решил отправиться в Лестершир с намерением навестить одного из своих друзей. Но на пустошах моя лошадь потеряла подкову. Я заблудился и попал в непогоду. Одним словом, к этим воротам я подъехал под проливным дождем и в полной темноте. Бен вышел, чтобы открыть мне. Это обстоятельство показалось мне странным. Более того, он явно чего-то боялся. Мальчик сказал, что его отец ушел в пятницу вечером и до сих пор не вернулся. Поэтому я решил: будет лучше, если переночую в сторожке вместе с ним.

– О, вы поступили благородно, – потеплевшим голосом произнесла Нелл.

– О нет! Ничуть! – возразил Джон. – Погода меня окончательно замучила, и я был рад крыше над головой. К тому же я любопытен. Я хочу знать, что случилось с Эдвардом Брином.

– Это действительно странно, – согласилась она, нахмурив брови. – Он грубоватый человек, но уже очень давно здесь работал. Он всегда был на месте. Однако не может быть, чтобы вы остались присматривать за воротами!

– Я здесь ненадолго! – заверил девушку Джон. – В этом занятии есть свои прелести, но думаю, очень скоро оно начнет навевать на меня смертельную тоску. Впрочем, пока я побуду здесь. Разумеется, если меня не разоблачат и не выгонят отсюда.

– Но ваши родные… и друзья! Они будут беспокоиться, не зная, что с вами случилось!

– О, они тревожиться не станут. Я уже проделывал подобные вещи.

– Вы когда-то следили за воротами? – воскликнула мисс Сторневей.

– Нет, не об этом речь. Я просто исчезал на неделю-другую. Не знаю, в чем тут дело, однако время от времени чувствую, что больше не в силах наблюдать за тем, как растет репа, и наносить визиты вежливости соседям, – извиняющимся тоном произнес он.

Она вздохнула.