— Так что же это получается? — сказал кто-то из собравшихся — Наш профессор Светлов, собственно, и является автором всех тех непонятных вещей, которые совсем недавно, в огромном количестве, были проданы в Московских магазинах?

— Да-да, — вторили ему другие коллеги — все мы знаем из новостей эту странную историю с бытовыми приборами, которые работали без проводов и батареек. Эта история наделала много шума в научном мире, и все собравшиеся, безусловно, слышали об этом.

— Пока никто из ученых не может объяснить принципа работы тех механизмов — сказал ректор далее, — хотя уже есть теория, что наш коллега использовал свойства чего-то малоизученного, наподобие «темной материи», так что, невзирая на необычность и странности конструкции его устройств, законов физики пока еще никто не отменял.

— Значит мы зря разобрали его установку, которая и в самом деле была не какой-то там «уткой», а представляла из себя что-то реально работающее? — задал вопрос кто-то из собравшихся.

— Хм, получается, что так — отвечал другой из собравшихся, потирая при этом свой подбородок.

— Постойте, коллеги — кое-кто из преподавателей попросил слова, выражая свои мысли более категорично — но мне лично не понятны мотивы профессора Светлова. Зачем он прислал нам свое письмо? Чтобы подразнить, и вызвать наше негодование?

— Бросьте, коллега — ответил рекиор — дело вовсе не в этом. Я уже успел уточнить, такие же письма были разосланы нашим дорогим профессором Светловым во все крупные научные центры мира. Содержание писем практически везде одинаково. Как мы с вами уже прочли, в них наш коллега вкратце рассказывает о том, как получил возможность тайно продолжать свои работы над открытием, которое он сделал здесь, в стенах нашего университета. Надо отдать ему должное, он вполне уважительно отзывается о нашем учебном заведении и о тех, с кем работал здесь на протяжении многих лет.

Все преподаватели снова зашумели, негромко обсуждая между собой услышанное.

Профессор Голованов, который до этого только слушал и никого не перебивал, сейчас был погружен в свои мрачные раздумья.

«Что же теперь выходит? Значит, старина Светлов ничего не подстроил, а его чудо-машина была вовсе не пустышкой, а реально работающим «вечным двигателем»? Плевать, что он там использовал в своих расчетах! И плевать, на каком принципе работают его устройства! Самое главное, что десять лет их сотрудник втихаря работал в стенах своего родного университета, игнорируя любые авторитеты и мнение своих коллег. А в частности его мнение — самого профессора Голованова! Да и как уважительно он может думать о всех нас, когда мы вовсе не поддержали его. Наверняка затаил обиду и каким-нибудь образом надумал отомстить!»

Подождав, пока выскажется каждый из собравшихся, профессор Голованов попросил слова.

— Прошу моего внимания, коллеги! — многозначительно начал он свое выступление, и головы всех присутствующих повернулись в его сторону — Все вы сейчас очень много сказали по поводу нашего уважаемого профессора Светлова. Безусловно, его вклад в науку будет оценен всем академическим обществом, так как это изобретение, надо полагать, неплохо послужит людям в различных областях нашей жизни. Я не стану сейчас говорить о том, какие перспективы открываются перед людьми, когда вокруг наступит счастливая жизнь, подкрепленная совершенно новым источником энергии. Однако я очень хотел бы обратить ваше внимание на тот очевидный факт, что профессор Светлов еще тот мошенник и негодяй!

Собравшиеся зашумели, высказывая свое недовольство по поводу слов выступавшего коллеги.

— Да хватит вам, дружище — обратился к профессору Голованову один из его сотрудников — сколько можно травить несчастного ученого, который, в конце концов, оказался прав!

— Послушайте! — попытался остановить возмущенные возгласы в свой адрес профессор Голованов. Я вовсе не собираюсь отрицать значения величины его открытия. Однако рассудите сами: на базе чего работал в течении десяти долгих лет наш с вами многоуважаемый коллега? Не одну ли из лучших лабораторий занимал он в нашем с вами университете? Разве не государственные ресурсы использовал он, проводя свои опыты и исследования? Лично я считаю, что профессор Светлов не имеет полного права претендовать на авторство своего открытия, так как официально, все это время он являлся служащим нашего учебного заведения! Речь идет не только о Нобелевской премии, которой могут наградить его самого. Дело в том, что открытие, сделанное им, скорее всего, будет иметь крупную финансовую поддержку и инвестиции со стороны очень и очень многих производящих компаний во всех странах. Мы с вами, коллеги, имеем некоторое право на славу этого открытия, а также должны иметь в виду возможную материальную сторону вопроса, которая неизбежно возникнет, когда профессор Светлов станет всеобщим героем и любимцем публики.

Профессор Голованов закончил. Произнося сейчас свою высокопарную речь он все же рассчитывал на поддержку своих коллег, невзирая на то, что поступал весьма некрасиво по отношению к униженному им когда-то профессору Светлову. Однако сейчас его совсем не мучила совесть, и его даже не беспокоило то, что именно по его личной инициативе началась травля их незадачливого коллеги. И еще Профессора Голованова нисколько не волновал тот факт, что именно он лично убедил ректора, чтобы тот дал команду разобрать странную конструкцию на столе в лаборатории своего коллеги.

Мотивация выступающего была всего одна, и она не заключалась в каких-то благородных порывах сделать что-то ради своего учебного заведения. Профессором Головановым двигала всего лишь самая обыкновенная жадность, смешанная с завистью.

По рядам присутствующих прошелся негромкий шепот. Вопрос, поднятый их коллегой, пока никто не рассматривал ввиду его явной преждевременности. Но, что ни говори, в чем-то Голованов был прав, и это признали все присутствующие.

В конце концов, ректор университета выразил профессору Голованову свою признательность за заботу об общем благе, но попросил своих сотрудников не забегать вперед паровоза и не делить шкуру еще не убитого медведя. После этого собрание подошло к своему концу, и глава университета распустил всех по своим аудиториям.