Несмотря на то, что огонь в печи громко ревел, и, казалось, заглушал любые посторонние звуки, о скором появлении врага охотник узнал заранее. В какой-то момент звуки ударов, которые разносились по всем этажам, и которые не заглушал даже ревущий в печи огонь, прекратились. И в этот же момент Аксель тоже прекратил работу. Несмотря на травмы одержимый очень силен. Гораздо, гораздо сильнее человека. И не смотря на травмы он по-прежнему движется почти так же быстро, как хорошо тренированный человек. Что можно сделать, чтобы гарантированно удержать врага, который сильнее тебя, в комнате, которая вот-вот взорвется? Очевидно, нужно запереть дверь. Ключ Аксель заранее вставил в замок, чтобы не возиться, когда одержимый войдет.

К тому времени, когда в коридоре появился неуклюже ступающий гро Оберг, в двух шагах от раскрытой печи уже нельзя было находиться. Волосы скручивались от жара, в горле першило, настолько сухой был воздух. По вискам Акселя стекал пот, и тут же высыхал, оставляя дорожки на чумазом от угольной пыли лице. Аксель перекрыл клапан как только стихли звуки ударов наверху, и теперь с тревогой посматривал на датчик давления. Стрелка давно находилась в красной зоне и уверенно приближалась к концу шкалы. Какой-то запас прочности у котла был, но когда именно произойдет взрыв, точно сказать не мог никто. Аксель очень боялся, что котел лопнет раньше, чем в комнату войдет одержимый. Так что когда гро Оберг приблизился, молодой человек испытал даже некоторое облегчение. Он перестал бросать уголь в топку - надеялся, что там и так достаточно огня, и котел точно не выдержит. Вместо этого охотник теперь старательно разбрасывал вокруг угольную пыль и мелкую крошку, стараясь ухудшить обзор. Ему это удалось - теперь он и сам не видел ничего, кроме слабо выделяющегося на фоне черной взвеси дверного проема. Одержимый, находившийся в светлом коридоре, видел только темные клубы за дверью котельной.

– Тебе это не поможет, глупый человечек, - хмыкнул гро Оберг и шагнул в проем. Когда дверь за ним захлопнулась, он резко повернулся и взмахнул рукой, безошибочно угадав, где находится охотник.

Аксель ждал этого удара. Он готовился к нему последние несколько секунд, и все равно едва успел подставить лопату. Полностью погасить инерцию ему не удалось, лопата, как живая, полетела в лицо, больно ударив в бровь, самого охотника отбросило к только что закрытой двери. Аксель, оглушенный и слабо соображающий от резкой боли, на одних рефлексах повернул ключ и выдернул его из замочной скважины, тут же бросившись в противоположную сторону. Теперь в котельной было совершенно темно, можно было ориентироваться только на звук. Те крохи света, которые прорывались из предусмотрительно прикрытой дверцы топки вязли в поднятой угольной пыли, никак не помогая увидеть хоть что-нибудь.

Аксель отскочил еще на шаг, и обеими лопатами принялся разбрасывать вокруг себя уголь. Одержимые отлично ориентируются на звук, они могут использовать возможности человеческого организма гораздо эффективнее, чем сами люди. Для того чтобы сбить его с толку, чтобы оказаться с ним в равных условиях, охотник старался произвести как можно больше шума. Нужно было потеряться на фоне звуков рассыпающихся кусков угля. И заодно Аксель прислушивался сам. Вот он услышал глухой шлепок - это крупный кусок угля попал в тело одержимого. Не мешкая охотник прыгнул в ту сторону махнул лопатой. Он вложил в удар все силы. Он бил вслепую, рискуя промахнуться и потерять равновесие. Почувствовав, как металл совка соприкоснулся с телом, Аксель не удержал радостного рыка. Удар вышел очень удачным. Одержимый, ошеломленный и не ожидавший такого сопротивления, не удержал равновесия и отшатнулся, облокотившись на раскаленный, уже начинавший слабо светиться в темноте котел. Послышалось мерзкое шипение, запахло паленым волосом и горелым мясом. Аксель не стал пытаться достать его еще раз. Одержимого трудно надолго ошеломить, особенно такого сильного. Вместо этого охотник рванул дверцу печи, не обращая внимания на боль от ожога, сунул в топку лопату и, зачерпнув горящего угля, швырнул его в лицо уже поднимавшегося гро Оберга. Одержимый вскинул руки в лицу, пытаясь защитить глаза. Это движение было очень похоже на рефлекторное, так сделал бы обычный разумный, но Аксель знал, что это трезвый расчет. У одержимых нет рефлексов, каждое свое движение они контролируют сознательно.

Впрочем, это не помогло. Несколько мелких кусочков горящего угля застряло в волосах, и, пока гро Оберг стряхивал их с головы, охотник, наконец, получил время на то, чтобы прыгнуть к люку и взобраться внутрь. В первый момент, когда голова уперлась во что-то мягкое, Аксель испугался. Он успел забыть о несчастном кочегаре, и чуть не попытался его ударить, в последний момент остановив руку. Вместо этого он еще немного пролез наверх, проталкивая головой неожиданно тяжелого калеку.

– Только не свались, Экстрём, - прохрипел он.
– Там сейчас все взорвется.

Но взрыва пока не было. Вместо этого в котельной чуть посветлело и появились клубы дыма. Начинался пожар. Через несколько секунд свет заслонила фигура одержимого.

– Вот ты где!
– обрадовался доктор.
– Я слышу твое дыхание... И твое, Экстрем. Спрятаться от меня решили? Для вас я приготовлю особенные пытки. У меня фантазия разыгралась.

С этими словами он полез в трубу.

Аксель начал паниковать. "Да когда же этот котел взорвется?!" - хотел закричать охотник, но решил поберечь дыхание. Вместо этого он бросил лопату, которую каким-то образом не выпустил из рук раньше, когда забирался в трубу, а потом и сам немного спустился, постаравшись спихнуть одержимого. И это даже ему удалось.

– Я все равно до тебя доберусь, - спокойно сказал Оберг, поднимаясь на ноги.
– Ты повредил меня, но я все равно сильнее. Если бы ты бросил здесь этот бесполезный обрубок, то имел бы шанс спастись, но ты слаб и ограничен нормами человеческой морали.
– Одержимай уже успел просунуть в трубу руки и голову.

И в этот момент раздался взрыв. Ударной волной тело одержимого отбросило от люка к дальней стене котельной. Точнее нижнюю часть тела; голова и руки так и остались в трубе. Аксель, который находился выше, от взрыва не пострадал, если не считать того, что его одежда и волосы были опалены раскаленным воздухом и паром, вырвавшимся из развороченного котла.

На секунду все замерло. Аксель смотрел в глаза бывшего доктора Оберга который, конечно, не умер даже после такой серьезной травмы. В глазах одержимого появилось знакомое выражение - Аксель видел такое уже много раз. Такое выражение появлялось на лицах одержимых каждый раз, когда они осознавали, что умирают. Легкое недоумение, переходящее в досаду и разочарование. Будто во время выполнения какой-то работы инструмент сломался прямо в руках. Ни боли, ни страха. Охотник спустился еще чуть ниже и пнул одержимого в лицо. Гро Оберг молча выпал из трубы, прямо на кучу угля, который разгорался все сильнее. Аксель не стал дожидаться, когда он умрет окончательно. Дышать и без того было уже почти невозможно. Он развернулся и пополз вверх, стараясь дышать как можно реже. Через пару метров уперся головой в кочегара, которому так и не удалось взобраться хоть немного выше.