– Бред какой-то, – фыркнул я, неожиданно развеселившись. – Я вот думаю, если сейчас вызову «скорую помощь» нас обоих заберут или только меня? И что скажет мой психиатр, когда увидит меня в стенах своего заведения?

– Не пори ерунды, – скривился двойник. – Во-первых, нет у тебя никакого психиатра. Во-вторых, я довольно легко докажу тебе, что ты в полном здравии.

Я покосился на часы. Дешевый китайский будильник ехидно улыбался стрелками, на которых было без десяти минут два. Ночи, естественно. Самое время для визитов поздних гостей. В голову услужливо полезли Шерлок Холмс и доктор Ватсон, которые как-то постановили, что ночь – время, когда силы зла действуют безраздельно. Я почувствовал, как волосы зашевелились на моей голове.

– Ты – Дьявол? – осведомился я.

Двойник фыркнул.

– Что за чушь лезет тебе в голову?

– А что я должен думать? – возмутился я. – Два часа ночи. На моей кровати сидит человек, который как две капли воды похож на мою собственную фотокарточку. И если я не свихнулся, как ты утверждаешь, то ты…

Двойник посмотрел на меня с плохо скрываемым одобрением.

– …ты – не человек, – закончил я. – Потому что человек не попал бы в мою квартиру незамеченным. Тут и спрятаться негде, а дверь я закрыл на задвижку.

Двойник трижды хлопнул в ладоши.

– Все верно. Я – не человек. И никогда им не был. Я, разумеется, могу придать себе облик любого существа, но наиболее близок мне вид хозяина. То есть тебя.

Я ошарашено смотрел на своего ночного гостя. Мелькнула свежая мысль, что я просто сплю, и мне снится кошмарный сон. Я робко ущипнул себя за бок. Боль была настоящая, двойник поморщился и потер бок. Я же с неудовольствием констатировал, что надежда улетучилась. Непонятное существо рядом со мной не вызывало чувства страха, агрессии и даже особой тревоги.

– Так кто ты? – робко спросил я. Двойник сморщился и еще раз потер бок.

– Между прочим, больно было… Хорошо, я все тебе объясню по порядку. Я прекрасно знаю, что ты за человек и понимаю, что тебе нужно объяснить популярно и доходчиво, а где можно будет прибегнуть к каким-то общим чертам. Итак, я – Мир.

– Это имя? – спросил я.

– Нет. Я – обычный мир. Не вселенная. Даже пока не совсем обитаемая планета. Что-то весьма среднее, непонятное и нестабильное. Я попрошу тебя не перебивать меня, а я все подробно расскажу доступным тебе языком.

Миры – субстанции неопределенные. Они рождаются ежесекундно и ежесекундно гибнут. Мы не совсем разумны и в вашем, человеческом понимании схожи, пожалуй, со своеобразными паразитами, которые не могут существовать без своего носителя. Так же, как паразитам, нам необходимо найти хозяина, присосаться к нему и поглощать его жизненные соки…

– Хорошенькая перспектива, – хмыкнул я.

– Еще какая. Но в отличие от паразитов, которые высасывают из носителя всю его силу, кровь, соки и вдобавок награждают кучей неприятных болезней, мы, Миры, даем своему хозяину огромную власть в собственных пределах. Нам это крайне необходимо и выгодно. Чем сильнее, умнее, могущественнее наш носитель, тем быстрее развивается Мир, его структура, население, культура, наука и техника. К сожалению, далеко не всем Мирам везет. Иногда они не успевают найти своего носителя и гибнут. Иногда носитель бывает, скажем так, ограничен своими потребностями. И тогда Мир, созданный таким носителем, обречен на жалкое существование.

– То есть?

– Буквально. Представь себе роскошный дворец, с фонтанами, садами, павлинами и сотней услужливых гурий, выполняющих любую прихоть Императора.

Я представил и хмыкнул. А что, очень даже неплохая жизнь!

– Вот-вот, – улыбнулся двойник. – райская жизнь, предел мечтаний. А теперь одна маленькая поправка. Стоит этот дворец в пустыне, или на скале посередине Мирового океана. И больше в этом мире нет ничего, только дворец, гурии и Император. Человек двести на целую планету, на которой ничего больше нет. Ни городов, ни лесов, ни рек. Пустота. И такие миры существуют и вынуждены вести подобное существование, потому что им просто не повезло с носителем. Я скажу тебе больше, таких миров очень много. Они остановились в своем развитии, потому что в свое время в развитии остановился их Император.

Эта картина понравилась мне гораздо меньше. Я сдвинул к переносице брови, а моя двойник удовлетворенно кивнул.

– Вот-вот. Безграничная власть и пародия на величие в лице дорвавшегося до власти фигляра. А мы, по сути, разумные существа, вынуждены подчиняться законам, которые нас уязвляют, и ничего не можем сделать.

– Почему бы тогда не сменить носителя? – разумно возразил я.

– Это, к сожалению, невозможно. Миры не меняют хозяев и не имеют возможности их выбирать самостоятельно. Право на собственный Мир определяется не нами. Если бы это было так, мы предпочитали бы подчиняться гениям, даже злым, даже одержимым, но гениям, потому что имели бы возможность определенного развития. Увы, но нашими хозяевами часто становятся люди ограниченные, глупые и жадные не до знаний и могущества, а до обычного чревоугодия. И тогда в своем развитии останавливается и Мир. Это похоже на ребенка-дауна, которого обучили простым действиям, с той разницей, что в нашем случае этот пресловутый ребенок-даун понимает собственную ущербность.

– Да, – протянул я, – печальная история. Но при чем тут я?

– При том, – веско ответил двойник. – Ты – Император. Мой Император, если быть точнее. Я твой Мир. Я – пуст. Наполни меня.

Я надолго замолчал, глядя поверх плеча двойника. Перспективы, которые открывались передо мной, были весьма заманчивыми, но в то же время что-то свербело у меня в висках, словно предостерегая: «Берегись!» Неясная тревога волнами то накатывала, то отступала, давая место слепым надеждам.

– Что это дает мне? – тихо спросил я. Двойник улыбнулся победоносной улыбкой.