– О чем он говорил, пап? – спросил его Гарри.

– Понятия не имею. Ему столько лет, что он может говорить что угодно, - ответил Сириус. – А теперь точно по мороженому, я чертовски перегрелся в его лавке.

***

Сириус стоял в коридоре учительского вагона, опираясь предплечьями на поручень вдоль окна. За окном проносились чудесные летние виды Шотландии, и он думал о том, специально ли эта железная дорога была построена именно по этому маршруту. Он вспоминал, когда в последний раз ехал на этом поезде. Однако все воспоминания о том, что было в Хогвартсе, стирались с каждым годом все сильнее и сильнее. Он едва ли мог вспомнить лица своих друзей.

– Эй, Сири, о чем ты думаешь? – Тонкс неслышно подошла к нему сзади.

– О том, что я куда-то дел лет десять во взрослении своего сына, либо просто был тупым идиотом, - он обнял племянницу. – Едва он увидит меня в замке, как тут же возненавидит, а я совершенно этого не хочу и не знаю, как исправить.

– Может быть, он поймет, что это твоя работа? – предположила Тонкс. Сегодня она выглядела обычно – длинные темные волосы были собраны в хвост, а темные глаза были только слегка подведены.

– Тогда он спросит, почему я сразу ему не сказал. Ненавижу себя за то, что не решился дома предупредить. Может, я зря вообще еду туда? – предположил он.

– Я думаю, надо меньше переживать и винить себя в том, что ты там себе придумал. Ты стал мальчику замечательным отцом, а в четырнадцать вообще-то не очень хорошо ладишь с предками. Я вот не ладила. До сих пор не очень, - призналась она. Теперь они вместе смотрели за окно.

– Почему? – спросил Сириус, радуясь возможности отвлечься от порочного круга мыслей о Гарри.

– Ну, они думают, что мне пора замуж, а я ужасно боюсь всего этого домоводства, а еще я боюсь детей и не представляю, какой человек захочет ребенка от такой, как я, - она провела по стеклу пальцем. – Ведь я даже не помню, какая я есть. Я так себя ненавидела, кстати, лет в четырнадцать, что попросту забыла. А сейчас думаю, что, может, я просто была очень подвержена этим дурацким журналам о волшебной красоте и прочем.

– По-моему, это же мечта каждого мужика – когда девушка может стать для него такой, какой он хочет? – предположил Сириус. Ему всегда было трудно понять Тонкс, потому что она никогда не была в его представлении единым образом. И теперь он начал понимать ее проблему.

– Я не могу удержать ни один облик долго, кроме родного, а его я вспомнить и не могу! Любое изменение настроения или усталость, и я тут же другая. Я очень устала от этого, честно говоря. Раньше мне казалось, что круто делать с собой разные превращения, но сейчас я понимаю, что за всем этим я так глубоко скрыла себя настоящую со всеми своими детскими проблемами, что потерялась в своих образах, - она пожала плечами. – Вообще я редко задаюсь такими тяжелыми размышлениями, знаешь. Я хотела только просить, ну… В общем… Твой друг, Ремус… Он?

– Не уверен, что смогу тебе объяснить, и даже не знаю, когда в последний раз кто-то пытался добиться его внимания, но если ты попробуешь, я буду чертовски за вас счастлив, - Сириус развернул ее в сторону купе, в котором остался в одиночестве Люпин.

– В смысле счастлив за нас? А вдруг у меня не получится? – она испуганно дернулась назад. – Я вообще-то не настолько дерзкая, - румянец на щеках она тут же скрыла бледностью кожи. – Правда, не сейчас, я просто спросила!

– Потому что ты как танк, всегда добиваешься своего. Даже мать отпустила тебя в итоге в аврорат, помнишь эти истерики? – Тонкс кивнула. – Ладно, черт с тобой, просто посиди с нами.

– Только не оставляй меня с ним наедине! – Тонкс ткнула своего дядю в бок. – А то я тебя знаю, - и они вместе направились в сторону отведенного для них купе.

========== Часть 3 ==========

– Извини, парень, сегодня я тебе не компания. Да и вообще, похоже, что навсегда, - Джеймс Поттер развел руками, словно извиняясь за то, что в этот раз компанию Сириусу в походе на вечеринку в Ванной Старост он не составит. – Отныне я связан по рукам и ногам самой прекрасной и умной девушкой на свете, - громко возвестил он, и хотя Лили Эванс вряд ли подслушивала их разговор, она все равно слегка покраснела, но упорно продолжила читать учебник. Она сидела с ногами на красном диване, а Джеймс то и дело порывался сесть возле нее, но необходимость хотя бы ради приличия поговорить с друзьями его останавливала.

– Лили, как ты выбрала этого идиота, он тебя пытал? – Сириус пихнул в бок Джеймса, и тот ответил подзатыльником. И хотя они оба уже давно миновали одиннадцатилетний возраст, такая манера общения оставалась ведущей.

– Не твоего ума дело, Блэк, - грозно ответила Лили, но секундой спустя уже улыбалась, прячась за книгой. Она и вправду была очень хороша, учитывая от природы красивый рыжий цвет волос и настоящие изумрудные глаза, но Сириус отлично знал, что ему тут точно ничего не светило – он для Эванс был слишком легкомысленным. Нынешний Сириус, вспоминая это, невольно усмехался: кто же знал, что всего в двадцать один он станет приемным отцом малыша. И это он, Сириус Блэк, гроза девичьих сердец!