– Китнисс! – одёргивает меня мама.

Её строгий взгляд даёт понять, что я груба с гостем.

Гость! Какого чёрта?!

Пит только улыбается. Он ожидал такой реакции.

– Ничего, - ставит он стакан на стол. – Я просто забыл предупредить, что зайду, - его голос нежен, а на лице застыла улыбка, которую он показывает мне.

Мама улыбается ему.

Зачем он пришёл?

– Я отойду ненадолго, - вдруг говорит мама. – Китнисс, - строгий голос. – Будь повежливее с Питом.

Она и имя его знает!

А Гейл с мамой не знаком…

Мама быстро обувает свои сандали и уходит. Куда ей нужно?

Хотя, этот вопрос меня перестаёт интересовать, когда я вновь вижу улыбку Пита.

– Неплохой вид, - говорит он вскользь и делает ещё глоток воды.

Я быстро оглядываю себя. Щёки начинают гореть.

– Зачем ты пришёл? – мой грубый голос. Я и не собиралась быть вежливой!

– Пришёл в гости, - Пит спокоен. Делает несколько шагов в бок к стене, где висят наши семейные фото.

– Это ты? – показывает он на одну из фотографий.

Это был день рождения Прим. Ей тогда три года исполнялось. Мама нас повела в фотоателье ради этого снимка. Маленькая Прим сидит на моих коленях. И мы обе в платьях.

– Да, - раздражённо отвечаю. – Уходи, - сразу продолжаю я.

– Так быстро? – прищуривает Пит глаза. – Я думал, сходим прогуляться, - Пит отходит от стены в мою сторону и опускает взгляд на мгновение. – Ты мне ваш Дистрикт покажешь…

– Что? – возмущаюсь. – Я тебе что гид?

Резко прохожу мимо него и беру чистый стакан. Наливаю воды себе. Мне даже плохо стало.

– Почему ты такая колючая? – Пит почти смеётся. – Я же дружелюбный, - протягивает он и склоняет голову так, чтобы было лучше рассмотреть мои ноги.

– Ты точно издеваешься! – срываюсь я. – Зачем тогда…

– Пойми, - останавливает меня Пит. Он делает шаг навстречу. – У меня здесь из знакомых только ты, - улыбается он не так радостно.

Я приземляюсь. О чем он?

– Я приехал в гости к брату, а меня оставили одного на неделю, и живи, как хочешь, - его тон адекватный. Пит делает ещё шаг навстречу.

Мне ничего не остаётся, как просто стоять и слушать его.

Но Пит замолкает, отводит взгляд в сторону.

– А как же мама…

Я хотела сказать «мама Гейла»… Но сказала «мама». Странно.

Пит ухмыляется:

– Вчера уехала в Капитолий…

Его что бросили?

Мне становится неудобно. Гейл «оставил» его, как и меня. Конечно, не специально, но суть одна… Каникулы… и рядом никого…

Я грустно улыбаюсь.

– Значит, мы оба остались одни?

Я старалась пошутить, но на деле получилось не очень…

– Нас ведь двое, - Пит вновь улыбается. – Уже не одни.

Смотрю в его глаза. Я не понимаю. Он сам по себе такой или только со мной. Чувствую дрожь внутри. Опять дрожь. И на вокзале он говорил…

Я ему нравлюсь?

Испуг.

Радость?

Да.

– Я переоденусь, - неожиданно для себя говорю Питу.

Пит оживляется.

А я быстро споласкиваю стаканы и кладу их на место.

Я ошиблась. Такая как я не может нравиться ему. У него наверняка была куча девушек. И не моего «сорта»…

– Тебе и так хорошо, - почти над самым ухом говорит Пит. Его голос серьёзен. Я пугаюсь, но вида не показываю.

Так нельзя.

Он брат Гейла.

– Я не привыкла ходить в таком виде по улице, - делаю вид, что ничего особенного не произошло.

Как я не заметила, что он подходит?

Осторожно поворачиваюсь к нему и улыбаюсь.

Зачем? Это Пит! Пит, который тебя бесит. Которого ты знаешь всего два дня.

И мне кажется, что у него холодный взгляд.

Его ладонь касается моей руки.

От него вкусно пахнет.

Я наблюдаю. Наблюдаю, как его лицо наклоняется к моему. Как его губы почти касаются моих. Это всё не со мной…

Но как только я чувствую сладкий вкус его губ, приходит осознание.

Он брат Гейла! Нельзя!

Я толкаю руками его в грудь.

Зачем?

Моё дыхание учащается.

Пит слегка улыбается, но потом становится серьёзным.

Теперь его глаза горят.

– Аааа, - протягиваю я и отворачиваюсь от него. Трогаю ладонью свой лоб.