Ну, а через четыре дня к нам пожаловал первый гость. Похоже, что меня еще раз решили прокачать на «слабо». Какой-то молоденький лейтенантик примчался как к себе домой, чуть-ли не пинком открыл дверь в мой кабинет, махнул своей ксивой и развалившись в кресле, бросил мне на стол какой-то список. Двадцать фамилий, под каждой, числятся четыре-пять человек. И все.

– И что это такое, молодой человек.

– Это список наших сотрудников, которые с сегодняшнего дня закреплены за вашей клиникой.

– И что они тут будут делать?

– Как что, медосмотр, профосмотр, лечение и тому подобное.

– А, хорошо. Ну тогда это мне, а это вам. – и я протянул лейтенанту листок бумаги, на котором было всего два числа.

– А это что?

– Это номер счета нашей клиники и стоимость наших услуг для одного человека, из расчета на одно посещение. Если возникнет необходимость в приеме у узкого специалиста, то можете смело увеличивать сумму в трое.

– Сто тысяч за одно посещение? Да вы с ума сошли!

– Клиника наша, заведение сугубо частное и коммерческое. Если вашим сотрудникам нужна пластическая операция, или коррекция, то и рассчитываться ваши сотрудники будут по рыночной стоимости. Кстати, цена указана в долларах, мне так привычней, так что по курсу Центробанка, можете сами подсчитать. А с насморком, или с гриппом, так это у поликлинику по месту жительства, если ваша контора никак не может обзавестись своей, ведомственной.

– Я доложу. – растерянно сказал лейтенант.

– Доложите, доложите и прямо сейчас доложите. Всего хорошего, я вас больше не задерживаю.

Может быть я это конечно и зря, может быть этим людям и на самом деле нужна наша помощь, может быть все они безнадежно больны. Но в таком случае приезжайте и договаривайтесь, ищите точки соприкосновения, а нечего присылать молоденьких мальчиков, которые еще не отошли от эйфории владения удостоверением сотрудника ФСБ. Да и не отказал я. Если очень надо, то заплатят, а если не очень, то найдут кого-нибудь еще, в Питере и Ленинградской области поликлиник много, без медосмотра никого не оставят.

Прошло часа три, когда к воротам КПП подлетела машина. Наша «охрана» без каких-либо вопросов открыла шлагбаум. Ну тут все ясно, «свои» пожаловали. Из машины выскочил Иван и не останавливаясь ринулся ко мне, я как раз шел из больничного корпуса к себе в кабинет.

– Руслан Витальевич! Бога ради, ошибка вышла, лейтенант из службы обеспечения узнал о новой клинике и ни с кем не согласовав решил вас припахать! Когда он приехал, весь такой возмущенный и почти потребовал от начальника управления решить этот вопрос, так полковник чуть не поседел.

– Иван, да прекрати ты, я ведь тоже не мальчик и все прекрасно понимаю. Поэтому, давай договоримся, таких ошибочек, больше быть не должно. А то я ведь в принципе могу и согласиться, провести полный курс восстановления и омоложения, продемонстрировать оборудование и еще кое-что. Разгребать ведь потом вам придется, там в списочке есть и люди довольно преклонного возраста, вот будет кино, если я их до двадцатипятилетнего возраста омоложу. И не внешне, а по-настоящему.

– А вы… можете?

– Ты жену моего тезки видел?

– Видел, но мы думали, что это пластика, просто другой уровень, другие возможности. Так ей сейчас и на самом деле двадцать пять?!

– И внешне и внутренне. Ладно, каюсь, это я виноват, не посмотрел какая программа в оборудовании установлена и вместо излечения получил… что получил. Ладно, все, об этом потом. Твои мальчики тебе уже доложили о моих новых игрушках?

– А разве вы не этого хотели?

– Этого. И запись моего разговора с Урусовым прослушал? Ага, вижу что прослушал. Так вот, я не шутил. Пару ваших дивизий, со всеми средствами усиления я перемолоть вполне в состоянии, а теперь я еще и от вашей авиации прикрылся, так что…

– Я понял. Руслан, можно я так буду обращаться? ну так вот, Руслан, подобное развитие событий просчитывалось… с самого верха пришла команда… дружить и сотрудничать. И еще, я конечно все пони маю, но есть идея сделать клинику ведомственной. Все ваши затраты будут компенсированы в полном объеме и еще чуть сверху. Вы понимаете?

– Понимаю. Только ответь мне на один вопрос. На хрена мне эта резаная бумага? Я хочу людям помогать, я ведь и на самом деле врач. А эти фантики… они ничего не стоят, надо будет, так я завтра миллиардером стану.