Шрифт:
Он встал на колени у края ванной.
– Хорошо провела время?
– Когда я приехала домой, тебя здесь не было.
– Я не хотела, чтобы это звучало как обвинение, но это вырвалось как-то само собой.
Он улыбнулся и опустил свою руку в воду, помешивая ее медленными движениями.
– Сегодня я получил новости, и мне нужно было поехать и лично убедиться.
Мое сердце остановилось. Плохие новости!? Звучало скверно.
– Что за новости?
– Новости, которые… - Он заколебался, и его улыбка сползла.
– … которые могут изменить многие вещи.
«За тобой наблюдает мужчина». Я вспомнила слова Терезы, вместе с другим криком. «Мисс Нэтанс!» Я закусила нижнюю губу и спросила:
– Должна ли я знать, что эта за новости?
Вспышка темных эмоций прошлась по его чертам, прежде чем он спрятал их. Передвинув свою руку на мою ногу, он начал медленно поглаживать ее вверх-вниз своими пальцами. Простое легкое прикосновение и я начала задыхаться. Я взглянула вниз, завороженная его пальцами. Вода стекала по моей коже с его руки. Когда он остановился, то резко опустился и еще раз обмыл мою ногу водой. Я должна была оторваться от этого видения и поднять свой взгляд обратно на его лицо.
Его глаза были замученными, когда мой взгляд поймал его, этот взгляд сразу исчез, и он пробормотал:
– Ты должна, но я не знаю, смогу ли я сказать тебе.
Он сдвинул брови и покачал головой, опять став скрытным. Затем он скользнул своими руками под меня в ванну. Он стоял, подняв меня из воды. Вместо того чтобы схватить полотенце, он отнес меня в спальню и поставил на пол, в одном из углов. Я могла видеть нас в зеркале, в противоположной стороне комнаты.
Он наклонился, его голова двигалась в изгибе моего плеча и шеи, удерживая меня. Его рубашка натянулась на спине, очерчивая его широкие плечи и узкую талию. Мои руки были обернуты вокруг его шеи, и я скользнули ими вниз по его спине. Он задержал дыхание от моего прикосновения.
Он опять пробормотал, напротив моей кожи:
– Почему твое прикосновение может меня успокоить!? Твое прикосновение делает меня живым, и один лишь твой маленьких вздох заставляет меня спать в твоих объятиях целыми днями!?
Я улыбнулась, двинувшись, чтобы поцеловать его в ухо.
– Потому что ты меня любишь.
Он отстранился, его глаза встретились с моими, всего в нескольких сантиметрах друг от друга. Его лоб уперся в мой, а затем одна из его рук обхватила мою щеку. Большим пальцем, он поглаживал мою щеку и заправил прядь моих волос за ухо.
– Мне нужно рассказать тебе, что произошло сегодня, потому что это может повлиять на нас.
Он разрывался. Я видела это.
– Но не сейчас. – Добавил он.
Откинувшись назад, я взяла его лицо в свои руки и убедилась, что он смотрит мне в глаза.
– Чтобы это ни было, мы будем в порядке. – Сказала я ему. И я верила в это. – Мы пережили слишком многое.
– Я знаю.
Я наклонила голову. Это был не Картер, которого я знала. Он обо всем позаботился. Он объявил войну ради меня, и я знала, что он сделал бы это снова.
– Должна ли я волноваться?
Тот же самый замученный взгляд появился в его глазах, но он сказал
– Нет.
Протянув меня обратно в свои объятия, раздвинув мои ноги шире, и, двинувшись ближе, он прижался своими губами к нижней части моей челюсти, шепча:
– Никогда. – Еще один поцелуй в уголке моих губ. – Когда-нибудь.
Третий поцелуй, его губы остановились на моих, и он пробормотал:
– Я обещаю. С тобой никогда ничего не случится.
– С нами. – Мои руки ухватились за его плечи.
Затем целуя меня, и он взял контроль на себя.
– Забудь все, что я сказал.
С этими словами, он наклонил меня назад к стене и оставил поцелуи вдоль моей шеи, на груди, и на всем пути до моей талии, в то время как его руки сжали мои бедра, крепко удерживая меня на столе. Там он остановился, и я выгнула спину, уже зная, куда он держал путь.
Его язык накрыл меня, и мои руки легли на его плечи, слепо удерживаясь. Когда он двинулся еще ниже, из меня вырвался глубокий гортанный стон.
Боже мой.
Я любила этого мужчину.
ГЛАВА 2
КАРТЕР
Когда мой телефон завибрировал, я не спал, а лежал, держа в своих объятиях спящую Эмму. Она, обнаженная обвилась вокруг меня, и я глянул на свой телефон. Меня просто подмывало проигнорировать его. Я знал, кто был на том конце.
Это был Джин, мой старый наставник из семьи Маурисио. Он всегда был занозой в заднице, и я понимал, что это никогда не изменится. В отличие от большинства моих людей и остальных из Семьи, Джин не придерживался моих пожеланий на уединение. Когда он хотел поговорить, он звонил. Когда он хотел встретиться, он этого требовал. Уже не один раз мы ругались, и я в следующий раз, если он открыто будет выражать свою неприязнь к Эмме, угрожал его избить.