Шрифт:
– Да, хорошо, - сказала Энн, чувствуя себя страшной трусихой.
Но что ей оставалось делать, когда она застряла на дереве, в месте, где всё было безумным, с Мордионом, рыскающим у корней?
Мордион снова улыбнулся ей. Энн упивалась добротой и дружелюбием его улыбки, ее и так уже трясущиеся коленки ослабели. Но маленькая циничная часть ее нашептывала: он специально использует эту улыбку.
Он повернулся и направился к пятну крови – мантия элегантно развевалась за его спиной. И Энн задумалась, как он собрался создавать героя. В правой руке он держал нож, в котором отразился зеленый лесной свет, когда Мордион сделал быстрый профессиональный надрез на запястье руки, сжимавшей посох. Кровь обильно потекла в том же неожиданном количестве, что и кровь Энн.
– Эй! – крикнула Энн – такого она как-то не ожидала.
Мордион, похоже, ее не услышал. Он позволил своей крови струей стекать по посоху, вдоль странной резьбы на нем – так, чтобы густой поток капал с деревянного конца и смешивался с кровью Энн на тропинке. Мордион явно работал и с паратипическим полем. Энн чувствовала, как что-то пульсирует и немного скручивается вне поля зрения.
Мордион закончил и отступил назад. Всё замерло. Ни одно дерево не шевелилось. Ни одна птица не пела. Энн не была уверена, дышит ли она.
С обеих сторон от пятна крови началось странное движение: словно взбух холм и начал бить ключ. Энн раньше видела, что так ведет себя вода, если бросить в глубину бревно и оно начнет подниматься на поверхность. Она наклонилась вперед и наблюдала, всё еще едва дыша, как мох и черная земля, камни и желтые корни разливаются вверх и в стороны, давая чему-то подниматься снизу. Появилось что-то белое, цвета кости, примерно четыре фута в длину, путаница на одном его конце выглядела как волосы. Энн до боли прикусила губу. В следующую секунду возникло голое тело, лежащее лицом вниз в мелкой колее на тропинке. Довольно маленькое тело.
– Вы должны дать ему одежду, - сказала она, пока тело росло.
Краем глаза она видела, как Мордион кивнул и пошевелил посохом. На теле появилась одежда – таким же способом, как на Мордионе – сине-фиолетовым потоком, разлившимся по изогнутой белой спине и сгустившимся в нечто, похожее на спортивный костюм. Голые ноги стали серыми и оделись в старые кроссовки. Тело скорчилось, переместилось и приподнялось на локтях, лицом к тропинке, не глядя на них обоих. У него были длинные, испачканные в грязи волосы, того же верблюжьего цвета, что у Мордиона.
– Удар. Упал, - заметило тело высоким ясным голосом.
Затем, очевидно решив, что он споткнулся и упал на тропе, мальчик в спортивном костюме поднялся и поспешил прочь – за розовое цветущее дерево.
Мордион отступил и посмотрел на Энн. Морщины иссекали его лицо. Создание мальчика явно его истощило.
– Ну вот, готово, - слабо произнес он и снова сел посреди примул.
– Вы не пойдете за ним? – спросила Энн.
Мордион покачал головой.
– Почему нет?
– Я же говорил вам, - устало ответил Мордион, - что я выучил урок. Теперь это его задача, когда он подрастет. Мне нет нужды вмешиваться.