– А аварийной аптечки у вас случайно нет?
– Крикнула откуда-то сзади Люба.
– У нас тут ожоги плазмой!

Да, о начальстве позаботиться действительно надо. Ему никак нельзя умирать до того, как он своим уходом обеспечит собственным сотрудникам карьерный рост на освободившее место! В конце-то концов, у нас ребенок, его кормить надо!

– Сейчас-сейчас.
– Какая-то женщина, слишком страшная и пожилая чтоб быть всего лишь секретаршей, уже пыталась вколоть Евгению содержимое извлеченного непонятно откуда шприца.
– Эй, подержите его! А то ткну в какую-нибудь артерию, когда дернется!

– Рядом больше никого нет?
– Уточнил я у человека с экспериментальным оружием.
– Из врагов, понятное дело. И не вредно ли находиться в комнате, где вы палили, все-таки телепортация не самый безопасный для окружающих процесс.

– Нет, зона поражения фонит немногим сильнее, чем внутренности рентгена.
– Уверил меня ученый, с некоторым сомнением поглядывая на сжатый им прибор. Видимо сам толком не был уверен в его воздействии на окружающую среду.
– Чтобы начались проблемы, вам надо на этих обломках пару суток пролежать. А пришельцы...Прислушайтесь.

Где-то внизу грохотали выстрелы, даже по предварительной оценке я мог сказать, что стрекочет никак не меньше пяти-шести пулеметов. Огнестрельное оружие серьезно проигрывает силовым щитам, но предназначенная для отражения лазерных лучей и плазмы броня пришельцев раскалывается им просто замечательно. Во всяком случае, так было восемь лет назад.

– Этажом ниже отдел службы безопасности. Не только офис, но и жилые помещения, вместе со своим спортзалом и стрельбищем.
– Пояснил мой собеседник в ответ на недоумевающий взгляд.
– Эти трое, молекулы которых я пересобрал в произвольном порядке, вероятно просто прорвались мимо них. Или как- то обошли.

– Надеюсь, они смогут продержаться, пока не прибудут солдаты.
– Я с раздражением пнул ногой остатки подстреленного летающего дрона.
– Кстати, внимательно следите за потолками. Вот такие мелкие убийцы, обладающие мимикрией, без проблем сумеют прокрасться поверх голов и кого-нибудь подстрелить. Хорошо хоть освещение у нас нормальное, в темноте их вообще искать дохлый номер.

– Этот выживет.
– Оповестила женщина, отпуская затихшего Евгения.
– Отделался, как говорится, легким испугом. По сравнению с некоторыми больными, которых мне восемь лет назад притаскивали, он просто счастливчик. Даже оба глаза уцелели и, после сведения ожогов, живого мертвеца напоминать не будет. Так, у меня глюки или тут ребенок плачет?!

– Второе. Но с ним все хорошо, вон видите, мама его из-за бетонного блока выглядывает.
– Кивнул я в сторону Любы. Боевой мандраж начал меня потихоньку отпускать. Вокруг непонятно откуда начали собираться люди и каждый сжимал в руках какую-нибудь стреляющую штуковину. В основном они несли лазерные ружья и пистолеты, производство которых было поставлено Россией на поток еще в первый год после первой войны с пришельцами. Нам просто повезло захватить неповрежденной их линию производства и даже большую часть техников, её обслуживающих.
– Хм, народ, вы бы рассредоточились. Один раз пульнет какой вражина плазмой и вместо толпы защитников будет горка жаренных трупов. Силовые бронежилеты у кого есть? Так, один, два...Все?

– Да мы бы их и не имели, если бы не экспериментировали с эффективностью разной мощности потоков частиц против стандартных защитных средств противника.
– Возмутился один из обладателей полезного снаряжения.
– В конце-концов, тут снаружи несколько тысяч солдат!

– Вот только мы то все внутри.
– Резонно заметил кто-то, и я внутренне с ним согласился. Вот зачем было лишать базу нормальных лестниц? Теперь, когда лифты не работают, я даже и не знаю, как подкрепление к нам спускаться то будет.

В одно из расположенных рядом кабинетов вскрикнули. И, судя по звуку, куда-то пару раз пальнули.

– Вентиляция!
– Вспомнил я слова Евгения.
– Враг может перемещаться через вентиляцию, особенно если это дроны или мелкие гомункулы!

– Внутри кто-то есть?
– Спросил обладатель экспериментального оружия.
– Если не отзоветесь, открываю огонь!

Три лазерных луча пробив тонкую пластиковую стенку и сразили несколько человек. Толпа так и не рассредоточилась, и теперь это играло против нас. Впрочем, практически все тут же принялись полосовать хлипкую преграду на уровне пояса. Пара умников даже перевела свое оружие в непрерывный режим огня. Точку поставил залп чудо-оружия, перемешавшего в единое месиво стенку, мебель и биороботов. Один из них, оказавшийся дальше всех, уцелел, но пара десятков попаданий по оказавшейся на всеобщем обозрении цели мигом исправила эту досадную ошибку.

– Все, теперь эту игрушку можно выкинуть.
– Расстроено сказал наш главный калибр, тем не менее вполне бережно опуская экспериментальное устройство на пол.

– Ограниченное число зарядов?
– Уточнил я, уже думая, как бы раздобыть себе такую. Человеку пользоваться подобным устройством может быть вредно из-за радиации, ну а вот роботу будет в самый раз!

– Ну да.
– Кивнул ученый.
– Фокусирующий кристалл, отвечающий за переход энергии в материю и обратно не может выдержать большого количества нагрузок. Вернее, теоретически то может, но уже после второго применения шанс на его детонацию возрастает до двадцати пяти процентов. А после третьего составляет все девяносто.