– Голову. Он все же колдун, какой-никакой. – Напомнил я. И уже отворачиваясь услышал, как воздух разошелся под саблей логмира. Шуншин.

Появившись у кареты, быстренько залез в нее и сел рядом с Моав.

– Вот и все, кончился твой Урриш Проводник, Ехидна.

– Он не мой. – С неприязнью сказала она в ответ.

– Ну и не мой. Да и пугала им нас именно ты. А он оказался всего лишь одержимым. Сам по себе, этот джинчурики не стоил ничего. Не воин, не маг. Так пугало очередное.

– Как ты его назвал? Динчуики?

– Джинчурики, это человек, в котором запечатан демон, ясно? Именно демон давал ему все те способности, которыми Урриш пользовался. Собственных жалких способностей Урриша было едва достаточно, чтобы поддерживать печать, которая удерживала демона в его теле. И это странно. Обычно джинчурики делают из тех, кто обещает годам к шестнадцати вырасти в очень сильного мага, способного безо всякого демона снести город. А тут выбрали совсем уж слабака. Видимо хотели, чтобы демон со временем вырвался, и поубивал всех вокруг. Интересно, даже слегка, чьи далеко идущие планы мы порушили. – Я пожал плечами и продолжил свои занятия по увеличению вместимости магического резерва. Конечно, вместе с Ванессой.

Уже поздно ночью наша колымага доехала до ворот корчмы. Ванесса с помощью Индрака и его трехпудовых кулаков быстро договорилась о нашем ночлеге. Трактирщик поначалу вообще не хотел нас пускать, но девкаци сделал:

– Тук Тук Тук. – От чего хлипкие ворота едва не влетели во двор корчмы. У хозяина этого заведения просто не осталось выбора, и мы прошли внутрь. Лучшие комнаты нам, лучшая еда тоже нам. Кайф. И как ни странно, лучшая музыка тоже нам досталась, но то на халяву. Дело в том, что в той же корчме остановился на ночь Лиорен Бард. Серый колдун. Серый-то серый, но совсем мирный. Музыкальный колдун серой земли не собирался причинять никому вреда. Он просто играл.

Но как он это делал. Закрыв глаза, то тихонько дул в свою дудочку, то отставляя ее, он позволял вести мелодию целому духовому оркестру из флейт, которые зависли в воздухе, а сам пел. Он будто полностью погружался в те звуки, которые таким прекрасным напевом проникали в души и сердца людей, которые его слушают. Бесподобно. Невероятно. Ошеломляюще прекрасно. Мастер.

Даже не понимая слов, так как ларийский я только начал учить, я все равно с нетерпением вслушивался в звучание и старался изо всех сил запомнить, не упустить ни звука, чтобы в один из вечеров, сидя у камина, снова и снова прокручивать в памяти этот момент. Просто волшебно.

К сожалению, Логмир долго не выдержал отсутствия внимания к своей персоне и чудесный момент был разрушен. Поэтому поев, я направился к Лиорену Барду.

– Если сможешь, спой об этом, Мастер. – И ментально передал ему пакет своих воспоминаний, прикрепляя свои чувства в нужных местах. Короче, полный эффект присутствия.

«Меня отправили на южный фронт, на самый берег. Белые Зецу выходили прямо из воды в огромных количествах. Я пришел сюда как ирьенин, но пробыл им до второго пациента, который превратился в очередного белого Зецу и напал на меня. Большинство джоунинов этой части фронта давно погибли, стараясь прикрывать Короля. Не в смысле Его Величество, нет. Они прикрывали ценой своей жизни самое главное. Следующее поколение. Детей, которые пошли на фронт. Пошли в бой. Чтобы у их мира было будущее. Я окинул взором происходящее. Надо помочь. Пришло четкое понимание, что я здесь не выживу. Пожав плечами, я создал двух теневых Клонов, и оставив одного из них собирать сенчакру, второго я захватил с собой. Размножив его и передав каждому по цепочке целое море чакры из фуин, мы рассредоточились по линии прибоя. Тех кто уже ее прошел, убьют те кто за моей спиной. Но новых я не пропущу. Детям нужен передых. У них уже сдают нервы. Они все чаще совершают фатальные ошибки. И все меньше их остается. Моя СЦЧ просто гудит от того количества, что я пропустил по ней за один раз. Пожалуй, разве что кто-то из Каге, или джинчурики способен на такое. И теперь я. Напитав СЦЧ медчакрой, я встал за строем своих клонов. И вспомнил изречение одного чебурашки. «Началась война клоническая…» Небольшая улыбка осветила мое лицо. Ну, поехали что ли. Теневой клон: Кай. Тот клон, что собирал природную чакру исчез с хлопком. Но все мы получили огромный заряд этой волшебной энергии. Санинмод. Бой. Три тысячи семьсот сорок семь клонов белого Зецу и один час двадцать три минуты для отдыха нашей малышне. Я им так и сказал. Пока я дерусь, можете отдыхать, никто не пройдет. И никто не прошел. Дети, хотя какие дети, я старше их года на три, четыре. Но все-таки. Дети отдохнули, поели, привели нервы в порядок. Теперь они могут сражаться дальше. За этот бой я получил двенадцать ранений в торс, три в голову, но все, на удивление по касательной. Семь по ногам. И пропустил через себя более двухсот своих объемов чакры. Если бы я не был ирьенином S ранга, сдох бы на первых минутах. А так я даже выжил. И вот, я иду, шатаясь из стороны в сторону. Болит все. Вообще все тело словно взбунтовалось против любого движения. Шаг, еще шаг, еще и еще. Снова и снова прогоняю по СЦЧ медчакру. Активирую все скрытые резервы. Мне нужно просто дойти до полевой кухни и поесть, потому что в моем организме закончились все запасы веществ. Да что говорить, за этот бой я похудел на четыре килограмма. И это были чистые литые мышцы. Да, мне очень плохо, но думаю я только о том, сколько из этих мальчишек и девчонок останутся в живых к концу войны. Один безумец поставил будущее целого мира под вопрос. Всего лишь один сверхсильный безумец, нашедший сверхталантливого ученого, что во многом синоним безумца. »

– Чтобы все, кто тебя услышит знали, насколько может быть ужасна война. Ведь если сами люди не пойдут в бой, ни одна власть не заставит их воевать. Спой Мастер.

И на этой грустной ноте, я пошел спать. Вымотало меня это путешествие, да это воспоминание тоже не добавило хороших эмоций. Сон лучшее лекарство от ран душевных. Таков мой рецепт, жаль что для чужих душ он не подходит. Здравствуй, Морфей, прими меня в свое царство, хоть на несколько часов. И, закачав в фуин на руке побольше чакры, я уснул.

Разбудил меня грохот с чердака. Да что же это такое! Я же только уснул!! В конце-то концов!!! Посмотрел на источник звука аурным зрением, надо же быть готовым к новому противнику. Опа, неужели сам Креол Креолыч пожаловал? И Хубаксис с ним. Что тоже не плохо. Он хоть и заноза, но заноза своя. Ладно, тогда еще подремлю. Часов через пять я проснулся, так как надо. То есть от того, что просто выспался. Сходил до удобств во дворе, хорошенько размялся, и пошел есть. В зале, на одном из столов спал Логмир. Ух, у кого-то будет и похмелье. Всю ночь пел и пил. Я слышал сквозь сон, как он тут орал. Вся компания уже сидела за двумя сдвинутыми столами, и что-то с интересом обсуждала. Подойдя поближе, расслышал, у них тут голосование проходит, блин, оставлять колдунью живой или секир башка. Судя по аурам, Креол веселится, сама колдунья надеется, принцеска чем-то возмущена, а лоду Гвейдеону почти все равно. Как скажет Святой Креол, так и будет. Индраку же очень не нравится соседство с «желтыми волосами», то есть с принцессой. Это у меня практикум по различению эмоций по ауре. Ну и шаринган качаю, чтобы он магию различал лучше.

– А ты подрос, пока меня не было. – Сказал сенсей. Еще бы, мой резерв маны увеличился в полтора раза, за эти девять дней.

– Ну дык. Чай не сидим без дела. Да ты на Ванессу глянь. Тоже прогресс, весьма приличный. Кстати, поздравляй меня!

– Это с чем это? – Подозрительно уставился на меня Креол.

– Только что я смог подвесить первое заклинание на ауру! – С гордостью выпалил я. – Регенерацию! – И уже куда тише: – Лечебные пока не входят, великоваты.

– О, это огромное достижение, ученик. Поздравляю. – И до того ехидно смотрит, что прям так и хочется дать по наглой рыж… э… загорелой морде. Но в чем-то он прав. По сравнению с его набором на все случаи жизни мое достижение не котируется.