Всё, край! Для меня. Телепорт на четверть сотни метров вперёд и тут же пара сотен простейших клонов, начавших вырезать всех вокруг. К счастью, печати, тратящие такие дорогие нынче секунды, больше не нужны.

— Молодец, Наруто! — подошёл ко мне командир через десяток минут.

— Не лучше нам убраться подальше? — поворачиваюсь к нему.

— Пока нет. Через восемь минут будет расчётное время, тогда все отряды одновременно атакуют. Это мы тут раньше припёрлись… — шиноби сплюнул.

— Сколько погибло? — чуть глухо спросил я.

— Шестнадцать, слава Рикудо, — тихо ответил капитан.

Шестнадцать… из отряда в тридцать человек. При том факте, что обнаружили нас прямо на середине поля… впечатляюще. По статистике с такого расстояния обычно не доходят. Максимум один-два человека.

— Значит так, — через пять минут мы собрались вокруг капитана, — впереди полоса леса на шесть километров. На нашем участке она является естественным рубежом обороны противника. Лес напичкан ловушками и засадами. О нашем приближении они знают. Цель — пройти с максимальной скоростью. Врага можно оставлять в тылу. Задачу вы и так все знаете. Через минуту выдвигаемся. Раненых бросаем, если на их запечатывание требуется время. Раненым в таком случае — забрать с собой как можно больше. Осталось сорок секунд. Всё, пошли!

И мы рванули. Шли ордером: ядро группы из шести человек в центре. Двадцать метров вправо и влево — по паре охранения. Один сзади, трое спереди. Один сверху и снизу. Мои клоны под Хенге дополняли арьергард, авангард и фланги мясом. Во время нападений мы не задерживались: один шиноби и десяток клонов оставались, остальной отряд продолжал путь. К моменту выхода нас осталось семеро. Я тут же создал двадцать клонов, мгновенно применивших Хенге. С ними остался один шиноби. Этот отряд должен был встретить противника, коли он погонится. Теперь нам нужно было спешить на место встречи таких вот летучих отрядов. Основная армия шла за нами, зачищая все под корень, а мы должны были соединиться вместе и удержать основные силы противника, пока другие отряды не зачистят самые тяжёлые первые линии обороны противника. Как раз на полях и в участках леса. Сделав это, мы сможем безболезненно наступать.

Почему я отправился в передовых частях? Чтобы помочь небольшим нашим силам сдержать напор. Именно поэтому я не использовал сил биджу, чтобы враг не понял, что их армию уже будет встречать Джинчурики. Они не должны быть готовы к бою со мной.

Точка встречи была всего в двух километрах, которые мы почти преодолели, когда я вдруг почувствовал очень быстро приближающегося шиноби. Одного. Сильный джонин. Очень сильный, но всего один.

— Приготовиться! — крикнул я, не скрываясь: враг явно нас чувствовал.

— Сколько? — короткий вопрос.

— Один. Сильный.

— Рассредоточиться! — проорал наш командир, а в следующий момент мне пришла бешеная мысль от Курамы:

“Асура, покров и ноги отсюда!!!”

Я даже не задумался, образовав сверхплотную вторую кожу и оттолкнувшись от земли со всей дури, выплескивая вниз чакру. Взлетел я километра на два. Не от прыжка: он-то меня поднял метров на двести. От взрыва. Чудовищной силы взрыва, подобный которому я видел многократно в своём исполнении. Хан не церемонился.

Он ничего не говорил и не издавал звуков, просто не отвлекался от боя. Я с первых минут понял, что Хан не слишком дружен с Кокуо: он явно не использовал ни гендзюцу, ни пять элементов. Но даже Катона, Суйтона, Дотона и Футтона было более чем достаточно. Единственное, что меня спасало от такого противника — мой покров. Читай, абсолютная защита. Если бы не он, то я был бы уже давно мёртв: добрую половину атак я пропускал. Если бы меня что-то и спасло бы, то буквально чудо… или что-то невероятно точное. Я был намного сильнее, но мой противник — опытней. Он просто не подставлялся. Какой толк от громадной мощи внутри меня, если её некуда направить?

В отчаянии я создал сразу полсотни клонов, которых Хан начал уничтожать с дичайшей скоростью. Всего секунд восемь-десять. И самое главное: после смерти каждого моё чувство беспомощности только усилилось.

Был у меня один безумный план… Я создал ещё сотню копий и начал формировать ту хреновину, что придумал в Конохе. Прыжок и пуск в землю. В последнее мгновение Хан тоже заметил её и прыгнул, как и я, вверх. Чем плоха такая штука, так это тем, что мощный покров биджу Хвостов из четырёх она уже не пробивает ударной волной. И достаточно далеко от места взрыва. Вот будь вокруг нас тот барьер, что и в Листе, тогда бы Хану не хватило бы сил, а так нас просто швырнуло вверх. Очень, очень далеко. Но не убило никого. Зато моего противника проняло.

В воздухе я создал клона, накачав его парой сотен тысяч чакры. Сам же вошёл в режим маскировки. Перед самой землёй я схватил клона, телепортировавшись с ним на пару миллиметров, тем самым остановив наше падение. Где-то вдалеке к нам бежал Хан. Правильно, в принципе: если он убежит, то я просто пальну в него Биджудамой. Ударить же ей в меня не вариант: я ударю в ответ и тогда выживет тот, у кого хватит чакры. Только вот у меня ещё тысяч пятьсот есть, а у него явно меньше после моего удара. Зато как хорошо: вокруг всё видно на десятки километров. Никаких лесов или полей. Только гигантский кратер.