Успокоиться и войти в деловое русло удалось минут только через десять, но удалось и это — главное. Судя по тому, что я понял, приглашали они меня тогда, дабы попытаться заключить союз со мной или перетащить в свою деревню. Сейчас же они хотели обсудить новое положение дел.

— Кто-то активно мутит воду во всех деревнях и в политике, — поясняла добрая бабушка, представившаяся старейшиной Хотсукой. — Суна и Ива резко разрешили все свои конфликты… не замедлили из-за потерь, а именно разрешили. В Конохе творится биджу знает что. Нам точно известно, что появился новый игрок. Игрок уровня Великой деревни, если не больше.

— Отлично, значит вы хотите заключить союз. Осталось только обговорить, против кого и как вы его видите.

— Союз против этого неизвестного. Он рано или поздно объявится. Насколько мы знаем, вы основали новую скрытую деревню? Не могли бы вы уточнить свои силы?

— Узугакуре но Сато, — все едва заметно вздрогнули, — в отличие от остальных, действительно Скрытая деревня. Мы не будем распространятся о своих возможностей, однако… я могу пообещать скажем… три сотни джонинов в экспедиционном корпусе.

— Это серьёзная сила… — Хотсуки на несколько секунд задумалась. Ну, это и понятно: три сотни джонинов — это вдвое-втрое больше чунинов и, возможно, впятеро-вшестеро больше генинов, если я захочу их отправить.

– Я знаю. Кстати, я всё понимаю, но почему “живым и способным к размножению”? Вы со мной что делать-то хотели? — сместил я тему.

— Что-то приятное, — улыбнулась Югито, вызвав скупое подрагивание губ у всех присутствующих. Но я-то чую эмоции: настроение я всем поднял.

— Нам необходимо знать, зачем тебе чакра Хвостатых, — твёрдо посмотрел на меня Райкаге. — Иначе мы просто не можем её отдать.

— Гм… ладно. Вы в курсе истории появления Хвостатых на свет? Нет? Хорошо, я расскажу. Итак, жил, значит, да был мужик, имя которого известно любому шиноби вот уже больше тысячелетия. Догадались? Да, он: Рикудо Сенин или, если брать настоящее имя, Оцуцуки Хагоромо. Всем шиноби он известен тем, что стал первым из них и был основателем искусства шиноби, стоя у его истоков, но это не единственное, что он сделал. Был в те времена тогда такой монстр — Джуби. Историю его появления вам знать незачем. Так вот, Джуби был первым Хвостатым зверем — Десятихвостым. Хагоромо смог одолеть это существо и стать его первым Джинчурики. Под конец своей жизни, когда Рикудо понял, что вскоре Джуби вырвется на свободу, он разделил чакру и душу Десятихвостого на девять уникальных составляющих, а тело зашвырнул в небо, создав Луну. Не знаю, правда ли про Луну, но про Хвостатых — факт.

— И ты хочешь вернуть этого монстра? — скептически глянул на меня Эй.

— Нет конечно. Я хочу получить образец чакры Джуби. Чтобы вернуть его самого, надо соединить всех девятерых Биджу, включая и их души, что я делать не стану не при каких обстоятельствах.

— Зачем тебе его чакра?

— Есть ещё одна связанная с Рикудо история. Клан Оцуцуки — это самый могущественный клан шиноби в мире. От него ведут начало такие кланы, как Хьюга, Кагуя, Учиха, Узумаки, Сенджу… это все известные мне, но, подозреваю, какая-то примесь крови Оцуцуки есть в Нара, Акимичи, Яманака, Ибури и Хатаке. Про кланы за пределами Хи но Куни сказать ничего не могу. Так вот, мало кто знает эту историю, но у Рикудо было двое сыновей: Асура и Индра. Позже — основатели кланов Сенджу и Учиха соответственно. При жизни они враждовали и именно эта вражда передалась данным кланам. Именно здесь и кроются корни их взаимной ненависти. Но вот только ни Асура, ни Индра не ушли в прошлое после своей смерти, они начали… реинкарнироваться в своих потомках.

— И кто же эти… реинкарнации? — скептически уставилась на меня Хотсуки.

— Наиболее известные вам — Мадара Учиха и Хаширама Сенджу.

— Что?! — вскочил с места Эй, едва не перевернув стол.

— А нынешние — я и Саске Узумаки, рождённый в клане Учиха, — после моих слов установилась оглушительная тишина, которую я принял за приглашение продолжать. — Видете ли, Риненган тоже имеет свои стадии эволюции. И чтобы заставить его перейти на новый уровень развития, мне нужна чакра Джуби.

— Покажи, — хмуро бросил Эй. Я молча поднял повязку и зажёг в глазницах синие глаза со множеством томоэ, точкой-зрачком и концентрическими кругами.

— Теперь понятно?

— Би?

— Хачиби говорит, что Наруто не врёт. Восьмихвостый действительно чувствует в нём чакру, сродни чакре Рикудо.

— Ты говорил, что Асура и Индра возрождаются только в своих потомках?

— Судя по тому, что я знаю, У Хагаромо были ещё дети. Эта ветвь позже пересеклась с боковой ветвью Сенджу, образовав Узумаки Ичизоку. Точнее, Узумаки были Узумаки и раньше, просто после пересечения они получили часть способностей Сенджу, к примеру: талант в меддзюцу, хотя и не такой хороший, как у оригиналов.

— Хорошо. Я разрешаю тебе выполнить то, что ты хочешь.

— Кто первый? Мне очень желателен контакт с печатью, чтобы не было опасности разорвать ваши чакро-каналы.

— Я, — повернулась ко мне Югито, приподнимая жилет и открывая мне вид на плоский аккуратный животик с точкой-пупком. Тихонько положив на него руку, я посмотрел ей прямо в глаза…

— Кладбище, да? Охренеть не встать.

— Здравствуй, Асура-кун, — донеслось сзади.

— Ты так быстро поверила, Мататаби?

— Ты знаешь моё имя, твоя чакра почти такая же, как у Рикудо… что ещё нужно для доказательств? И называй меня Ниби-чан, если тебе не сложно.