Теперь стало чуть понятнее.

Я - в поселке Безыменное. Боестолкновения идут в окрестностях Коминтерново. Между этими поселками по прямой - 3 километра. Теперь представьте улицу вашего города длиной 3 километра. В Тюмени, для наглядности, возьмем улицу Республики. Я, например, нахожусь в гостинице "Восток", а фронт - на высоте у краеведческого музея. Между нами примерно 3 километра по прямой. Украинские солдаты еще дальше - за музеем метров 800, то есть у Дома обороны. Так вот, стрельба из пулеметов будет идти между музеем на холме и Домом обороны в чистом поле. Из минометов мы будем накрывать "блиндажи" жилых высоток на кольце у Дома обороны. Они будут лупить в ответ по стадиону "Геолог" и коттеджам у музея.

Артиллеристы люди точные, "квадраты" целей знают хорошо, промахиваются крайне редко. В центре Тюмени на улице Республики даже во время обстрелов будет вполне безопасно жить.

Вы можете сидеть у фонтанов, ходить в нефтегазовый институт, смотреть фильмы в "Премьере", затариваться покупками в "Гудвине", гулять по аллеям около правительства Тюменской области и стоять спокойно под кепкой Ильича.

Мамы с колясками, дети в классах, коммунальщики у канализационного люка - всё обычное и привычное. И только изредка со стороны Верхнего бора или с противоположной стороны, с Войновки - ух, ух, ух. Это эхо пушечных залпов артиллерии "наших" и не "наших".

Понадобились "нашим" телевизионщикам репортажи с выбитыми окнами и воронками, они едут к музею. Там будут и слезы в глазах и трупы во дворах. Понадобились светлые и радостные кадры, отправятся в новенькую школу 16 недалеко от гостиницы или прекрасный детский садик по Салтыкова-Щедрина - снимут такие кадры счастливого детства, какие в самой мирной стране на планете, то есть в Швейцарии, не сразу найдешь.

Вот и я, если заточить свой взгляд только на поселке Безымянное, сказал бы, что никакой войны тут нет. Все дома целы, а на главной улице рыбу продают. И два белых "крузера" миссии ОБСЕ спокойно раскатывают по поселку без охраны и сопровождения. Война - там, в 3 километрах, у Коминтерново, за чертой разграничения в поле между лесополасами на участке 800 метров, который просматривается снайперами обеих армий.

В чём правда этой войны? В том, что половина жителей поселка Безыменное хотят присоединения к России, а другая половина - к Украине. Научное исследование никто не проводил, его и провести невозможно, так как местные жители ничего не скажут "исследователям" о своих предпочтениях. Опасно тут признаваться, чьей власти ты желаешь. Но обобщенное мнение ходит такое: 50 на 50. Два года назад было иное мнение: 70 процентов за Россию, 30 - за Украину. Война местным жителям изрядно надоела, хотя по поселку не стреляют, в магазинах полно продуктов да еще и "гуманитарку" привозят.

Широкино - в руинах, Ленинское - опустело, Коминтерново - на линии огня. А везде жили родственники и друзья, им пришлось уезжать и спасаться. И ничего не меняется третий год. Понятно, что пророссийские настроения здесь постепенно затухают.

Правда в том, что многие местные парни воюют в составе батальонов "Азов", "Днепр" и "Айдар". Кто-то из здешних взрослых мужчин служит в вооруженных силах Украины. И в то же время, мужчины с территории, принадлежащей сегодня украинскому государству, конкретно из Мариуполя и Харькова, служат в рядах вооруженных сил Донецкой республики. Но это не война государства с республикой, это - гражданская война. Бывают справедливые гражданские войны? Если бывают, то надо признать, что существует две правды об этой войне: у каждого своя.

Есть еще одна правда о всех нас и самая главная: мы были и остаемся людьми каменного века. Ни наука, ни искусство, ни религия нас не изменили. Нам нужно иметь свою территорию и желательно, как можно больше, мы хотим быть главными в разделе пищи, нам нужно убивать точно таких же, чтобы они не убили нас. Мы не понимали и не понимаем, что такое жизнь. Мы готовы положить ее на любой алтарь, который считаем священным. Готовы расстаться с ней, не понимая ее цены, не зная ее смысла, не задумываясь, зачем она дается нам раз в миллиарды лет.

Что могло измениться в нас за последние 7 тысяч лет? Да ничего. Бегали в шкурах с копьем в руке тогда, бегаем в тряпках с мобильником в кармане сейчас. А по сути, на уровне божественного Духа и Света?

В общем и целом - обыкновенные "охотники-убийцы". Сами не можем убить, поможем, чем сможем. Для племени, для предков, за семью, для тризны в честь погибшего товарища. Убить других, убить себя.

Легко.

Мы с Виктором просматривали ролики, что выкладывают участники боев на Донбассе. Идет один бравый парень, останавливается и говорит в камеру: "Укры, я вас люблю. Я буду убивать вас с любовью".

Про любовь и заповедь "любите друг друга" лучше не скажешь. Как понимаем, так и делаем.

Рановато Иисус приходил на землю. Чему можно научить людей каменного века? Да ничему. Им не до Разума и Света, а Дух для них - лишь слабая надежда, что убьешь ты, а не тебя.

Вот лет через "тысяцапяцот", возможно, созреем для того, чтобы сделать шаг через "железные" века. Не с помощью науки, она в этом деле не помощник, а силой веры в святость жизни.

Всех и каждого.

Вернемся в каменный век, вернемся на войну. С чего всё началось? Я беседовал с ополченцами на передовой, я предоставлю им слово. Но главная причина какая? Людей напугали требованием говорить и писать на украинском языке. С этого начались волнения на Донбассе, утихомирить волнующихся приезжали ярые сторонники общения только на украинском языке, им дали отпор, но по-первости какой? Кулачный. "Иногда мы их били, иногда нам доставалось", - вспоминал те дни командир батальона Боксер.