Милсиндра подняла хвост.

– Если к Равноденствию она не принесет нам ответ, то мы – и те, кто присоединится к нам, – отнимем у тебя Совет. Мы будем убивать людей и волков, примкнувших к ним. – С этими словами она кивнула Кивдру, и два верховных волка потрусили с поляны. Франдра и Яндру побежали за ними.

У меня подкосились лапы. Только теперь, когда Милсиндра ушла, я почувствовала, как сильно испугалась. Зориндру коснулся носом моей морды.

– Пока я могу обуздать Милсиндру, но это ненадолго, – произнес он. – Она убеждена, что единственный способ спасти волчий род – это остановить тебя. В Совете много волков, готовых пойти за ней, а я не вечен. Найди свою мать, Каала, и как можно скорее. Я смогу отбиться от людей, от Кивдру и Милсиндры – во всяком случае, до Равноденствия, но за то, что будет потом, я не могу отвечать, – он кивнул мне и исчез за деревьями.

Я испустила долгий вздох облегчения. То же самое сделала и Тали. Она спрыгнула с пня и подбежала ко мне, обхватила за шею и обняла с такой силой, что я захрипела.

Тут нетерпеливо заговорил Тлитоо.

– Волчонок, – негромко каркнул он, – если ты будешь попадать в беду всякий раз, как я отлучаюсь, мы далеко не уедем. Я не могу все время следить за тобой, как за желторотым сосунком. – Он посмотрел на меня своими круглыми глазками, перья на шее топорщились от возмущения. Он раскрыл крылья, и на одном из них я увидела белый полумесяц. – Тебе не стоило возвращаться в прежнюю стаю, ты перестала принадлежать ей.

– Ей надо было попытаться, – возразил Аззуен.

Тлитоо возмущенно закаркал, потом рванулся вперед, схватил Аззуена за ухо и резко дернул. Аззуен взвыл и отпрянул, но Тлитоо не отставал, продолжая наскакивать на волка, и схватил его за нос. Он уже хотел клюнуть его в хвост, когда на поляну ленивой трусцой выбежала светло-серая волчица.

Марра была сестрой Аззуена из одного помета. Это была высокая, быстроногая волчица, способная догнать в долине любого зверя. Светло-серый мех был мокрым и грязным. Рядом с Маррой бежал человеческий ребенок с двумя кусками звериной шкуры. Люди называют такие штуки мешками. Один мешок мальчик держал в руке, второй висел у него за спиной. В ходьбе он помогал себе палками, которые почему-то так нравятся людям. Куски меха, которыми были обернуты ноги мальчика, оказались так же мокры и грязны, как мех Марры. Должно быть, оба пришли от реки. Мальчик явно устал. Он остановился, упал на колени и застыл, стараясь отдышаться. Воздух с хрипом вырывался из его груди. Больше всего на свете Марре нравился бег, и медлительность людей – даже человека, которого она любила так же, как я Тали, – приводила ее в отчаяние.

– Они придут? – спросила она.

– Они для этого слишком трусливы, – ответил за волков Тлитоо. – Они будут прятаться здесь, как мыши в норе.

Тали схватила один из мешков, принесенных Микланом. Ей, как и нам, предстояло покинуть долину. Бабушка передала ей свою роль крианы, духовного вождя племени. Крианы должны были поддерживать равновесие между людьми и природным миром, но многие люди в Широкой Долине перестали их слушать. Бабушка взяла с Тали клятву, что она найдет криан в других племенах и расскажет им о случившемся в долине. Брелан, юноша, которого любили Тали и Аззуен, уже ждал их там. Я пообещала себе, что прежде чем увижусь с матерью, провожу Тали в безопасное место. Я лизнула ее руку, ощутив вкус пота и грязи.

– Ну, мы идем, волчонок? – каркнул Тлитоо. – У нас нет времени мешкать.

Мне нечем было ему возразить. Нам осталось меньше одной луны на то, чтобы найти мою мать и вернуться в долину с ее ответом – как исполнить Обет. Я старалась не думать о том, что могло случиться с Риссой и другими волками Быстрой Реки за время нашего отсутствия. Но я и не могла помочь им, оставшись в Широкой Долине.

Я тяжело вздохнула. В конце концов, мне только десять лун. До сих пор мне помогали старшие волки, давали советы. Но, кажется, это время ушло.

Тали закинула мешок на плечо. Аззуен и Марра с нетерпением смотрели на меня.

Я коротко тявкнула и повела своих спутников прочь из осинника. Нам нельзя было терять время.

Вместе с людьми мы вышли на берег – границу владений стаи Быстрой Реки. Берег был низменный и пустынный, мы просматривались как на ладони, и если бы нам устроили засаду… Однако единственный, кто нас ждал, был наш друг, высокий широкогрудый волк цвета летней травы.

– Значит, Рууко и Рисса не придут? – Пелл не счел нужным скрывать свое недовольство. Это был мускулистый большой волк, крупнее, чем волки Быстрой Реки. В свои три года он мог рассчитывать стать вскоре вожаком стаи Каменной Горы, соперников стаи Быстрой Реки. Он выбрал другую судьбу и пошел с нами, хотя и не испытывал никакой нежности к людям. Марра говорила, что он хотел, чтобы я стала его спутницей, но мне кажется, он просто жаждал приключений, как многие молодые волки. Я была очень рада, что в этом трудном путешествии нас будет сопровождать такой сильный волк.

– Нет, – ответила я. – Они надеются, что верховные защитят их.

Я рассказала Марре и Пеллу о нашем столкновении с Милсиндрой в осиновой роще, и мне очень не хотелось, чтобы Пелл сказал что-то презрительное о моей родной стае. Он всегда считал их слабаками. Но вместо этого он лизнул меня по голове и слегка куснул за ухо.

– Ты же и так всегда знала, что Милсиндра хочет убить тебя, Каала, – заметил он. – Не стоит об этом думать; нам надо поскорее найти твою мать.

Марра одобрительно тявкнула и бросилась в речку. Аззуен и Пелл последовали за ней и поплыли на другой берег. Миклан вошел в реку, и когда вода дошла ему до груди, тоже поплыл.