Лили развернула комочек дорогого белого пергамента.

— «Сегодня твои глаза сияли... С.О.Б.», — она сглотнула. — Ничего не понимаю. Это же почерк...

— Блэка?

Роксана резко вскинула голову.

Лили взглянула на Северуса и покачала головой, сложив листок.

— Этого не может быть, — твердо сказала она. — Сириус никогда бы так не поступил.

— В Хогвартсе не так много людей с такими инициалами, у которых присутствует жажда к жестоким розыгрышам, — процедил Северус. — Хотя ты, может быть, уже считаешь это нормальным.

Лили метнула на него гневный взгляд, но сказать ничего не успела, потому что дверь в кабинет медсестры неожиданно распахнулась, и появилась мадам Помфри. В руках у нее позвякивала коробка с лекарствами, которые Лили должна была рассортировать еще полчаса назад.

— Это еще что?! — медсестра торопливо примостила коробку на первом попавшемся столике и подбежала к постели Роксаны. — Почему вы не позвали меня, мисс Эванс? Что такое с мисс Малфой?

— Ожог концентрированным соком тентакулы, — Лили проглотила несправедливость.

— Ради всего святого! — мадам Помфри оттеснила ребят в сторону и схватила лицо Роксаны ладонями. — Кто это станет баловаться подобными вещами? Ну это ничего, мисс Малфой, успокойтесь, эти пятна мы вмиг вылечим, не страшно. Откройте-ка глаза.

Роксана замотала головой.

— Я не... н-не...

— Открывайте, мисс Малфой!

Несколько долгих секунд Роксана часто втягивала воздух сквозь стиснутые зубы, и тело ее при этом сотрясалось, как в лихорадке, а потом она очень медленно приоткрыла ресницы, и на Лили взглянули две совершенно пустые глазницы.

В прошлый понедельник в Школе снова появилась Метка.

На сей раз не на доске.

Кто-то напал на маглорожденного мальчика в ночь с субботы на воскресенье, поиздевался над ним и выцарапал Метку прямо у него на лице.

Беднягу нашли только в понедельник, когда начались уроки, и ученики вошли в класс зельеварения. Паренек лежал на полу и ревел, как пятилетняя девочка.

Скандалы сродни вспыхнувшему пороху. Достаточно только поднести спичку, и проблем не оберешься. Кто именно напал на мальчика, держалось в секрете, поговаривали только, что это был кто-то из старшекурсников Слизерина, и что его исключили в то же утро, но факультеты гудели, как потревоженный улей, а совиная почта по утрам затрудняла завтрак. Разговоры не утихали. Ученики ходили по коридорам, нервно оглядываясь, а когда рядом появлялся кто-то из слизеринцев, все сразу же сбивались в кучки. Понимание того, что враг проник за стены Хогвартса, сковало школу, как ранний мороз.

Джеймс не оставлял Лили одну ни на секунду. Она раздражалась, когда выходила из туалета и случайно била Джеймса дверью по спине, потому что он никого туда не пускал. Обижалась, когда он вытаскивал ее из библиотеки до ужина, и закатывала глаза, когда он украдкой бормотал «Специалис Ревелио» над ее едой.

Вот и сегодня.

Ему надо было поесть хоть что-нибудь, потому что с самого завтрака у Джеймса во рту не было ни крошки. Пока он торопливо забрасывал в себя ужин, первоклашки с точно выверенным интервалом бегали в Крыло и получали за это по галлеону, а потом он и сам побежал в башню Гриффиндора. От дурацкой повязки он избавился, потому что не хотел, чтобы на его руку все пялились, вытащил из чемодана мантию и побежал в Крыло.

Там нашел удобный, скрытый в тени подоконник недалеко от входа и занял свой пост, надеясь, что Лили уже скоро закончит заниматься, и он благополучно отведет ее в гостиную.

Но не тут-то было.

Сначала он боролся со сном, боясь, что проспит, как Лили выйдет в коридор, но потом мерный стук капель по стеклу, теплый свитер и умиротворение, подаренное горячим пирогом с мясом, сделали свое недоброе дело.

Джеймс привалился головой к стеклу, всего лишь на секундочку прикрыл глаза и удачно провалился в сон.

Разбудил его звук захлопнувшейся двери и громкий резкий голос.

— Лили, подожди!

Он вскочил.

Лили выпорхнула из Крыла. Следом за ней по пятам бежал Снейп.

Джеймс сорвался с места, на бегу вынимая палочку.

— Нам надо поговорить!

— Я так не думаю. Отстань от меня.

— Нет, стой! — он схватил Лили за плечи и несколько раз пожал ее руки, словно проверял их мягкость. Что-то нехорошее, яростное и горячее зашевелилось у Джеймса внутри.

Он вскинул палочку и... опустил руку.

Лили не оттолкнула Снейпа, когда он сделал это.

И даже не отодвинулась, даже когда этот крючконосый урод сунулся к самому ее лицу.

Не вполне доверяя своим глазам, Джеймс убрал палочку и подошел ближе.

— Лил, это важно, я искал возможности сказать тебе... — Снейп облизал губы, обшарил взглядом все ее лицо, и вдруг... — Ты должна немедленно уехать из школы!

Было видно, что он долго готовился сказать эти слова...

— Что? — у Лили вырвался смешок, она мотнула головой и наконец-то стряхнула с себя его руки. — Хватит, у меня нет на это времени.