Едва эти слова прозвучали, как они оба бросили взгляд на карту. «Свежие части..., - комдив вновь и вновь пробегал глазами по изгибу реки, по берегу которой закопались его люди.
– Подкрепление... Гады! Разбросали наверное по-немного. Там чуток, здесь чуток — вот тебе и лишняя рота, а то и две... А у меня тут рваный носок вместо бойцов!». В одном месте русло реки выгнулось далеко вперед, образуя длинный выступ в сторону советской стороны. «Все-таки на Колопино нацелились, сволочи! А нам тут почти неделю голову морочили... Надо доложить в штаб... А если ошибка? Что тогда?».

– Лейтенант, мы не имеем права на ошибку. Ты понимаешь меня лейтенант?
– он внимательно посмотрел на Мареева, будто вытягивая из него какие-то дополнительные сведения.
– Если мы ошибемся и враг прорвет оборону, то отсюда чистая дорога на Москву. Я только вчера запросил Ставку. За нами резервов нет — чистое поле, а дальше шоссе... Мы не можем ошибиться!

Фраза была даже не утверждением. Нет! В этот момент она звучала как твердое внутреннее убеждение.

– Товарищ полковник, разрешите сделать еще одну попытку?
– Бобров замолчал, прекрасно понимая, что им кровно необходимы разведданные.
– Есть у меня на примете пара бойцов. Сдюжим, Федор Алексеевич, - командир продолжал молчать.

– Этот точно сдюжит, товарищ полковник, - вдруг со стороны входа раздался напористый голос большого начальника.
– Пролетарская косточка — хрен разгрызешь!

Они повернулись. В землянке стоял капитан, за плечами которого маячил корчащий рожи ординарец.

– Хватит уж, Макарыч, - пробормотал полковник, накрывая карты какими-то листами.
– Проглядел и ладно! Посмотрим, что ты капитан за птица такая?
– предложение прозвучало как-то двусмысленно и напоминало угрозу.

Вошедший медленно расстегнул шинель и из гимнастерки вытащил небольшую книжицу темно-бардового цвета.

– Комиссия Особого сектора ЦК, капитан Смирнов Игорь Владимирович, - он протянул удостоверение левой рукой и спокойно смотрел в глаза комдиву.
– Прибыл в расположение 33-ей армии с особом заданием. Полковник Бобров, вам приказано оказывать мне и моей группе полное содействие в выполнении задания. Вот распоряжение, - на стол прямо возле карты лег еще один документ — сложенный пополам листок.

На своем веку Бобров повидал немало людей, которые вот точно также с ходу предъявляли грозные с виду и по сути бумажки, трясли руками и орали словно недорезанный буржуи. Ему было достаточно бросить всего лишь один взгляд и все становилось понятно, кто стоявший перед ним человек - пустышка или фигура.

– Штаб армии или фронта в курсе?
– спросил Боров, пытаясь дать себе больше времени.

Он ни как не мог раскусить его. С одной стороны, толком не обмятая форма, начищенные до блеска сапоги, белоснежный подворотничок и множество мелких нюансов, говорили, что он штабист.

– Нет, товарищ полковник, - отрицательно ответил капитан.
– Я сразу из Москвы к вам.

С другой стороны, он слишком уверенно держится. «Взгляд спокойный. По углам не рыскает, - фиксировал все полковник.
– Видно, что передовая ему не в новинку... Не-е-ет. Не штабной шаркун это! Что-то тут другое!».

– Значит, не знают, - пробормотал комдив, двигая к краю стола карту, где она бы закрывала собой ящик стола.
– Но я все равно должен удостовериться... Сейчас позвоним, узнаем... а пока чайку. Макарыч! Давай-ка нам чаю, да чтобы с огоньком и с сахарком, как раньше. Понял, Макарыч?
– Из-за дверей высунулось удивленное лицо и моргнув несколько раз глазами исчезло.

Удовлетворенно хмыкнув, Бобров приложил трубку телефонного аппарата к уху. После нескольких минут переговоров выяснилось, что, действительно, ни штаб фронта, ни штаб армии ничего не слышали о таком странном и секретном капитане, как Смирнов Игорь Владимирович.

– Прошу ваши документы, капитан, - наконец, Бобров со вздохом положил трубку.
– Москва подтвердила ваши полномочия. В чем требуется наше содействие.

– Всем, кто не владеет допуском 1 категории приказываю немедленно покинуть помещение, - круто начал капитан, едва получил удостоверение назад.

Бросив на своего командира удивленный взгляд из землянки вышел разведчик, следом за ним исчез и сопровождавший капитана боец.

– В зоне вашей ответственности, - Смирнов достал из планшета карту, на которой возле одного из узлов обороны были сделаны какие-то пометки.
– готовиться переход разведгруппы в тыл к противнику. Вот примерно в этом месте... Вам необходимо обеспечить группе безопасный переход за линию фронта.

Полковник недовольно присвистнул, заметив на карте у своего собеседника ряд новых обозначений.

– У вас новые данные? И вы хотите лезть в это осиное гнездо? Здесь же центральный узел обороны! Тут в лоб танками надо утюжить, а вы пройти пехом хотите... Смотри, вон лейтенант, только что отсюда вышел. Вот у него примерно там две группы легли! Почти двадцать бойцов! Кого я с тобой пошлю? Хотя... Слушай, капитан... Давай, баш на баш. Обеспечу я тебе проход туда, но ты с собой моего лейтенанта заберешь, - Смирнов в этот момент хотел было что-то возразить, но Бобров не дал ему даже рта раскрыть.
– Мне как воздух, капитан, нужна разведка! Ты пойми, они все там, а мы вот, туточки! Я же чую, что там что-то готовиться. Вон веришь, волосы у меня дыбом встают от предчувствия?! Возьми?! Пошукайте там! Ну? Вот и ладно!
– недовольно скривив рот, капитан кивнул головой.
– Мареев, ко мне! Пойдешь с капитаном на ту сторону!