Так, эта тётка меня уже задолбала. Надо срочно что-то придумать. Я нашарил в кармане телефон и вслепую вошел в меню музыкального проигрывателя. И все-таки, кнопочный телефон просто незаменимая в таких ситуациях вещь! Я нажал на кнопку и из кармана приглушенно послышались аккорды “Симфонии №40'' Моцарта, заткнувшие словесный понос, льющийся изо рта Келли. Я изобразил удивление и вытащил телефон.

– О, прошу прощения, – я виновато улыбнулся женщине. – Мне обязательно надо ответить.

– Ничего страшного, дорогуша, – добродушно кивнула Келли и, ласково коснувшись моих волос, вернулась на свое место. А я отключил мелодию и пару минут изображал оживленный дружеский разговор. Какая гадость... Я чуть не заскрежетал зубами. Терпеть не могу, когда ко мне прикасаются посторонние. Но я не могу показывать этого на людях, и приходится терпеть все эти потные рукопожатия, “дружеские”похлопывания по плечам и “кокетливые” объятия толстых тёток, подобных Келли, которые пытаются заигрывать со мной. У каждой, наверняка, есть такой же заплывший жиром муж, от которого близости не дождешься, вот они и вешаются на молодых.

Троллейбус затормозил на моей остановке и я вышел, поспешно пригладив волосы. Компания, в которой я работаю, не особо большая, но имеет пару филиалов в других городах штата. Я покосился на серую коробку здания, в котором буду заперт на ближайшие восемь-десять часов, и прошел внутрь.

– Привет, Ренси! – мне приветливо кивнула Чарли, темнокожая женщина средних лет, работающая одновременно консьержем и охранником. Я дружелюбно улыбнулся ей и показал пропуск.

– Да ладно тебе, – рассмеялась она. – Ты работаешь здесь уже два года, и уж тебя-то я запомнила!

– Посчитаю это комплиментом, – кивнул я с улыбкой и пошел к лифту. Как только я повернулся к Чарли спиной, дружелюбная гримаса тут же сползла с моего лица. Два года. Уже два года я вкалываю в этом грёбанном офисе, и хоть бы немного продвинулся по карьерной лестнице!

С подобными мрачными мыслями я доехал до своего этажа, вышел из лифта и тут же напоролся на Лаки, тучного парня моих лет. Лаки – мой коллега и одновременно сосед по рабочему месту – мы отгорожены друг от друга всего одной стенкой.

– Ренси, дружище! – ослепительно оскалился он и протянул руку. Надеюсь, он не после туалета. Я пожал протянутую ладонь:

– Привет, Лаки, – и незаметно вытер пальцы о брюки.

– Приятель, ты видел последнюю игру?? “Ред Сокс” просто порвали “Кардиналов”!! Это было потрясающе!

Я кивал в такт его словам, а внутри все росло и росло раздражение. Когда уже этот идиот поймет, что я не интересуюсь бейсболом?

– Я на радостях нажрался, и Мелинда мне чуть голову не открутила, когда я на бровях приполз домой из спорт-бара! – Лаки оглушительно захохотал.

– Не повезло тебе, – улыбаясь, заметил я. Лаки махнул рукой:

– Да ну, ты же знаешь мою Мелинду! Она поорет, а потом простит. О! Тебе просили вот это передать, – он сунул мне в руки кипу бумаг. – Сказали, заполнить до обеда.

– Ну, тогда не буду тратить времени даром, – я кивнул и направился на свое рабочее место. По дороге до кресла мне пришлось еще пару раз улыбнуться, один раз дружески подмигнуть и стоически выдержать волну неумелого флирта от парочки дам предпенсионного возраста, осадивших уже полупустой кулер.

Наконец, я уселся на своё рабочее место. Здравствуй, фанерная камера-одиночка. Я вздохнул и принялся за работу.

Как всегда, я все сделал быстро, качественно и вовремя. Я отнес документы на положенное место и с чистой совестью отправился на перерыв. Я всегда обедаю вне офиса, потому что только так мне удается спокойно покурить. Я мог бы делать это в курилке, вместе с остальными, но меня тошнит от их разговоров о политике, женах и прочей ерунде.

Я уже направился к лифту, как меня остановил голос за спиной:

– Кларенс, привет.

Я обернулся и увидел перед собой Монику. Моника – моя “вроде-бы-девушка”. Ну, это она думает, что мы встречаемся. На самом деле, я с ней только ради секса. Но... Я, всё же, отношусь к ней несколько иначе, чем к остальным. Хотя бы из-за того, что она не называет меня тупым сокращением “Ренси”. Она работает на этом же этаже, так что мы часто пересекаемся во время работы.

– Привет, – я улыбнулся и незаметно для остальных поцеловал ее в щёку. Моника тут же смущенно покраснела. Порой, она кажется довольно милой. Если бы она не была такой хронической занудой.

– Может, пообедаем вместе? – с надеждой предложила девушка.

– Почему бы и нет, – ответил я.

Мы спустились на первый этаж. Я остановился. Около входа Чарли воевала с каким-то бродягой. Его лицо было скрыто капюшоном. Бродяга усердно пытался попасть в здание.

– Иди отсюда, не заставляй меня применять электрошок или вызывать полицию! – донеслось до меня. – Здесь таких нет!

– Постой здесь, я сейчас, – прошептал я обеспокоенной Монике и уверенно направился к Чарли.