Он чувствовал, что не может вырасти. А значит — он умирал. Окружающие существа больше черпали из него энергию, нежели отдавали свою, других источников для развития он не имел, и постепенно истощался, утрачивая последние силы.

— Не бойся, малыш, — повторил Найл. — Мы любим тебя. Самое страшное позади. Теперь ты будешь жить.

Он начал торопливо разрывать песок, добираясь до источника живительного для планктона и водорослей излучения, быстро углубился примерно на полметра — но тут края образовавшейся ямы начали осыпаться, и половина трудов пошла насмарку.

Приблизились женщины. Нефтис коснулась пальцами его плеча, приложила к щеке сложенные ладони.

Она была права — день получился слишком долгим. Следовало хоть немного отдохнуть, подумать. Тем более, что пустыми руками все равно много не накопаешь. Правитель сдался, и вместе со спутницами улегся спать, мгновенно провалившись в мир грез.

Во сне к нему явился худощавый, гладко выбритый и вкусно пахнущий, с прилизанными волосами и тщательно отутюженным костюмом в стиле Англии начала девятнадцатого века джентльмен, уселся за невесть откуда взявшийся на дне тяжелый письменный стол, вставил в глазницу монокль, и принялся мерно перечислять, постукивая по столу перстнем с большой печаткой:

— Если вы чувствуете в себе избыток сил, бодрость и радость, это есть явный признак кислородного отравления. Чувство сытости и спокойствие сопровождает болезни желудка и тяжелый запор. Стремление к труду, к служению обществу и своей родине являются явными признаками шизофрении и раздвоения личности. Приятная усталость и легкость в мышцах сопровождают атрофию суставов и нехватку молочной кислоты. Желание защитить семью и близких может считаться паранойей в запущенной форме, острое зрение — не поддающейся излечению дальнозоркостью, ежедневная потенция — нездоровой нимфоманией, излишняя рассудительность — имбецильностью, а живость ума — неврастенией. Хороший нюх считается гиперасмией, выносливость — атонией…

Когда англичанин попытался ему доказать, что отсутствие тромбов в кровеносной системе является первейшим признаком алкоголизма, Посланник Богини не выдержал и проснулся.

За время его отдыха водоросли вокруг заметно подросли, свет стал ярче — да и сам он чувствовал себя бодрым, сильным и веселым. Нефтис и Скользкий Плавник, все еще посапывающие в маски, выпуская мелкие пузырьки, заметно порозовели и чувствовали себя явно неплохо.

«Полицитемия, — неожиданно всплыло в его памяти. — Хроническое заболевание кроветворной системы человека из группы лейкозов с преимущественным нарушением эритропоэза, повышением содержания гемоглобина и эритроцитов в крови, вишнево-красной окраской лица и другими признаками».

Найл недовольно тряхнул головой, отгоняя энциклопедический бред. Какое может быть кислородное опьянение или «полицитемия», если они находятся рядом с Семенем? Просто зародыш еще не окончательно потерял силы и помогает им всем, чем может.

— Назия, ты меня слышишь? — послал правитель наверх мысленный импульс. — Первый, а ты?

— Да, Посланник Богини, мы слышим тебя… — отозвались, судя по обращению, пауки.

— Пусть морячка сбросит мне еду на пару дней и лопату. Я нашел Семя!

Смертоносцы ответили ярким импульсом радости, после чего контакт оборвался. Найл попытался вспомнить, имеются ли среди корабельных припасов лопаты. Наверное, да — иначе как окапывать судно, если оно застрянет на мели или не встретит у берега место для стоянки?

Мешок опустился на дно неподалеку, еще до того, как женщины проснулись. Поэтому Найл в одиночку на скорую руку перекусил, после чего взялся за лопату — толстую и тяжелую, отлитую из расплавленного песка, с короткой рукоятью из грубо ошкуренной ивы. Ничего не поделаешь — стальные лопаты дороги, а флоту их нужно, наверняка, много. Приходится экономить.

Правитель с ходу зарылся на глубину метра — яма опять осыпалась. Тогда он отступил в сторону, и принялся откидывать песок, лежащий дальше по трещине с обоих сторон. Потом его сменила Нефтис, потом Скользкий Плавник, затем опять взялся за работу он сам. До сна им удалось вычистить трещину на участке длиной в двадцать шагов — но углубились они всего по пояс, причем вода постоянно норовила снести выкопанный песок обратно в яму. Стало ясно, что дело извлечения Семени из трещины явно затягивается. Причем не на один день…

Посланник Богини задумался, а затем опять вызвал флотилию наверху.

В свое время ему уже довелось прожить несколько недель вместе с восьмилапыми в их, паучьем, подводном мире. Сейчас на кораблях находятся целых пятеро смертоносцев. Почему бы не воспользоваться их помощью?

Сверток упал в середине следующего дня — как по привычке называли Найл и Нефтис время между снами. Отогнав от него женщин, правитель самолично отнес длинный рулон с камнями на обоих концах к трещине над Семенем и стал осторожно его раскатывать.