Вульф узнал человека, который поднял его: пастор Эдди, тот самый, чей выстрел положил начало этой дьявольской бойне. На одежде, руках и лице пастора темнели брызги и пятна чужой крови.

– Кто ты? – спросил он.

– Я… всего лишь конструктор. И компьютерщик.

Эдди смотрел на него совершенно беззлобно.

– Ты принимаешь Иисуса Христа как своего личного спасителя? – негромко спросил он.

Вульф открыл рот, но смог издать лишь хрип.

– Пастор, – послышался чей-то голос. – У нас мало времени.

– На спасение души время всегда есть. – Эдди смотрел на Вульфа немигающим взглядом. – Я повторю свой вопрос: ты принимаешь Иисуса Христа как своего личного спасителя? Пришло время сделать выбор. Настал день Страшного суда.

Вульф заставил себя кивнуть.

– На колени, брат. Помолимся.

Вульф почти не понимал, что он делает. Казалось, какие-то неведомые силы перенесли его сквозь время в Средние века. Он попытался согнуть дрожащие ноги в коленях, но не успел – его толкнули. Потеряв равновесие, Вульф упал на бок. На его куртке расстегнулись последние пуговицы.

– Помолимся, – произнес Эдди, опускаясь на колени рядом с Вульфом, хватая его руки и склоняя к ним голову. – Отец наш небесный, принимаешь ли Ты сего грешника в его час нужды? А ты, грешный, веруешь ли в то, что, согласно слову истины, будешь рожден вновь?

– Верую ли я… чего? – Вульф никак не мог сосредоточиться.

– Повторяю, принимаешь ли ты Иисуса Христа как своего личного спасителя?

Вульфу сделалось дурно.

– Да, – поспешно ответил он. – Да, принимаю… принимаю.

– Слава Господу нашему! Помолимся.

Вульф склонил голову и зажмурил глаза. «Какого черта я делаю?» – гадал он.

– Помолимся вслух, – произнес Эдди. – Впусти Иисуса Христа в свое сердце. Если ты сделаешь это от всей души, тогда увидишь царствие небесное. Все просто. – Он сложил руки перед грудью и стал произносить слова молитвы.

Вульф мгновение-другое несвязно вторил ему, но потом вдруг почувствовал, что у него что-то сжимается в горле.

– Молись вместе со мной, – сказал Эдди.

– Да, но я… нет.

– Чтобы принять Иисуса, ты обязан помолиться. Следует попросить…

– Нет. Не буду.

– Мой друг… Мой дорогой друг. Это твой последний шанс. Настает Судный день. Потом последует Вознесение. Я тебе не враг и предлагаю свою любовь.

– Мы любим тебя, – раздались голоса из толпы. – Мы любим тебя.

– А солдат, которых вы безжалостно уничтожили, тоже любили? – спросил Вульф, ужасаясь тому, что делает. Откуда в нем взялась эта внезапная безумная храбрость?

Его виска коснулось холодное дуло оружия.

– Это твой последний шанс, – послышался ласковый голос Эдди. Пастор держал в руке револьвер на удивление уверенно. Вульф закрыл глаза и ничего не ответил.

Эдди нажал на спусковой крючок, и Вульф содрогнулся. Послышался оглушительный грохот. И все исчезло.

В видеоконференции к этому часу были задействованы все висевшие в зале переговоров экраны. На них мелькали изображения глав комитета начальников штабов, Агентства национальной безопасности, министерства энергетики, АНБ, ФБР и ЦРУ. В три часа в зал переговоров явился и вице-президент США. С тех пор прошло двадцать минут. За это время случилось множество событий.

Стэнтон Локвуд чувствовал себя участником странного телевизионного шоу. Было невозможно поверить, что все эти дикости совершаются в современной Америке. Казалось, он проснулся и осознал, что его перевезли в другую страну.

– После того как взорвался вертолет, новостей от группы по освобождению заложников не поступало, – сообщил смертельно побледневший директор ФБР. Он то и дело протирал лицо носовым платком, который бессознательно мял в руке. – На них напала огромная толпа. Не хаотичная, а кем-то умело организованная. Они знают, что делают.

– По-вашему, группу захватили в заложники? – спросил президент.

– Боюсь – ранили. Или даже убили.

Кто-то подал Стрэнду лист бумаги. Он быстро просмотрел текст.

– Мне только что доложили… – Его рука слегка дрожала. – Бунтовщикам удалось сорвать одну из трех основных линий электропередачи. В северной Аризоне, частично в Колорадо и в Нью-Мексико прекращена подача электроэнергии.

– Мои национальные гвардейцы… – Президент повернулся к главе комитета начальников штабов: – Где, черт возьми, обещанное подразделение?