– Но я не хочу, сейчас покидать деревню! – Возмутился Янт решением своего деда. Юноше удалось завязать знакомство с эльфийкой и он не хотел уезжать в город.

– Ты не просто покинешь деревню, ты поступишь в Академию Высшей Магии Акэндхэма! – Торжественно сказал Фойдор.

– Что! – Воскликнул юноша. Это известие его поразило. Будучи деревенским жителем он особенно не любил посещать всяческие государственные заведения. – Теперь ты за меня еще решаешь, что мне делать!

– Минутку! – Сказал старик и вышел из комнаты в дверь, ведущую в правое крыло дома. Через пару минут он вернулся с двумя толстыми кожаными папками, которые принес из своей спальни. Бросив их на стол к карте свернутой в трубку, он начал торжественную речь.

– Неужели ты не хочешь помочь своему деду, который тем более сделал тебя бессмертным!

– Ну, опять начинается. – Вздохнул Янт, ложа книгу на подлокотник.

– Я всего лишь хочу отправить тебя в академию в качестве агента, который мне поможет разузнать обстановку и наносить более точные удары.

– Ты мне уже надоел со своей местью.

– Это не месть. Это восстановление справедливости и позорное изгнание трутней из храма знаний. Если бы я хотел отомстить, то давно бы сжег эту чертову академию, и поубивал бы всех магов, и никто бы не догадался, что это сделал именно я. Но я хочу проучить этих невежд, что бы другие на их примере узнали, что значит преграждать дорогу к знаниям. Итак… – На мгновение старик замолк. В это время он выглядел словно полководец, разъясняющий свои командирам план будущей атаки. – Ты проникнешь в их самое логово. При помощи невинных вопросов ты выведаешь самое сокровенное. Ты будешь легко перемещаться внутри этой структуры, пока я буду манипулировать их тупыми головами. Да мы академию как орех расколем и выбросим! Мы выведем на чистую воду этих проходимцев! Мы раздавим их как давит тапок насекомое! Если тебе не нравиться учится, можешь считать, что это просто игра в шпионов… А сейчас я хочу показать тебе портрет твоего отца. Иди сюда. – Фойдор стал развязывать веревочки на папке.

– Хорошо, хорошо. – Юноша подошел к своему деду.

– У меня есть портрет твоего отца, нарисованный акварелью. – С гордостью сказал он. – Я его сам рисовал, что бы когда ты его забудешь напомнить тебе какой твой отец. Он конечно корявый, но похожий! – Сказав это Фойдор открыл развязанную папку. Затем перебирая вложенные в нее листы он вынул оттуда белый лист, со смутными очертаниями, с него посыпались маленькие шарики тараканьего помета.

– И где здесь мой отец? – Удивился Янт.

– Проклятые тараканы сожрали акварель! – Воскликнул дед бросая папку на стол. – Ну ладно, не велика беда, там и так было ни черта не понятно. – Затем он достал толстую кипу бумаг, исписанную карандашом. – Здесь информация об академии. Прочти ее.

– Не хочу. – Ответил юноша, который не особенно любил разбирать непонятный почерк деда. – Мне что делать нечего, как читать об этой академии.

– Неужели тебе не хочется побыть в разведке? – Сделал попытку заинтересовать внука Фойдор. – Тебе не надо будет напрягаться. По знанием, ты стоишь на уровне преподавателя этой академии, а может даже выше. А по силе, тоже не плох. Ты маг, и не плохой маг, не ровня этим академическим попугаям.

– Кому нужна такая академии?

– Все маги еще сто лет назад, кто мог, ушли в Империю Синоха, а кому туда попасть не удалось, те пошли в Империю Агиос. Ну, или на самый худой конец в Империю Кинос. Если бы у нас была нормальная академия, то может быть магов в стране стало больше и у них была возможность совершенствовать свои навыки, тогда глядишь и жизнь бы улучшилась.

– С нашим правительством не улучшиться…

– Представь. Эта академия поможет тебе правильно оценить твои способности, и знания. Возможно, ты узнаешь что-то новое для себя в искусстве общения с магами. В деревне слишком мало людей. А там ты сможешь с кем-нибудь познакомиться. Тем более разве ты не хотел бы встретиться со своими друзьями детства?

– Друзья детства. – Задумался юноша. На него внезапно нахлынули, казалось, уже давно забытые воспоминания. Давно заснувшие, они внезапно пробудились, окрасив серые дни прошлого в яркие краски его детства. Перед ним неожиданно предстали загадочные пейзажи Акэндхэма, таинственные и старые дворы, где он играл. Зимние праздники и горы снега, заваливающие улицы города зимою. Смутные облики его друзей, с которыми он играл. После приезда в деревню друзья у него так и не появились, хотя знакомых было чуть ли не вся деревня. Эти воспоминания нагнали на юношу приступы тоски, которая погрузила его в мрачную задумчивость. – Вот, пожалуй, ради друзей детства стоит туда и поехать. – Проговорил он после недолгого молчания.

– Заодно поможешь, мне старику. Поступишь в эту чертову академию.

– Только знай, я делаю это не ради тебя, и не ради твоей восстанавливающей справедливость акции, а именно ради друзей детства. И читать я ничего не буду. Все равно твои записи давно сделаны и успели порядком устареть. Потом по дороге в Акэндхэм сам мне все расскажешь. Ну и еще ходить в академию буду не каждый день.

– Ну уж это как тебе угодно, главное, что бы тебя не выкинули оттуда.

– Пойду пройдусь. – Янт вышел из комнаты, и через веранду внутреннего двора, попал в сад. Там он долго стоял в размышлении о своем детстве в Акэндхэме. Представлял себе какими должны были стать его старые друзья, с которыми он раньше не уставал играть до самого вечера.

– Отлично! – Сказал сам себе старик довольный разговором, и не торопясь принялся завязывать свои папки.

Ближе к вечеру, когда уставшие от работы крестьяне отдыхали, в деревне было очень оживленно. Как и в любой деревне, местом скопища народа был трактир – «У грязного Борайта».

Стоит описать это здание поподробней. Оно было сложено из бревен, и имело два этажа, накрываемые высокой соломенной крышей. Старые серые бревна еще помнили те времена, когда был жив феодал посадивший деревенский сад. Изъеденные короедами они были все еще крепки, хотя в углах строения уже начали крошиться, превращаясь в труху. Окна в здании были среднего размера и летом открывались, проветривая сырой и темный зал, от застоявшегося спертого воздуха. На втором этаже располагались комнаты, сдаваемые путникам, как правило, заезжающих в «Одинокий рог» по делам, поскольку никаких трактов через деревню не проходило. Почти весь первый этаж в трактире занимал большой зал, со старым деревянным полом, настолько затертым, что сказать где кончается одна половица и начинается другая было просто невозможно. В зале была такая же старая деревянная мебель, и люстры сделанные из колес телег. В них стояли оплавившиеся сальные свечи, освещавшие зал темным вечерами своими тусклыми огоньками. Стоит отметить, что к трактиру примыкало несколько пристроек, построенных немногим позже его самого. В заднем дворе была старая конюшня, почти никогда не использовавшаяся, и именно поэтому никогда и не знавшая ремонта. Так выглядело самое важное место в «Одиноком роге».

Там уставшие деревенские мужики пили эль и разговаривали обсуждая самые последние слухи. В основном они касались политики, и короля. Кто-то говорил о Империи Синоха, и затем следовали мечтательные вздохи. Империя Синоха представлялась многим раем, который находился совсем рядом, и в куда нельзя было попасть. В клубах дыма от трубок и самокруток зашедшие путники рассказывали крестьянам об увиденном ими, и о последних новостях, которые те в свою очередь услышали от других рассказчиков.

В трактире по вечерам любил сидеть единственный в деревне степняк. Он покупая путникам эль, что было редко, узнавал от них разные новости. Но главной персоной в трактире был горовик-кузнец – Дурберас. Этот представитель подземного народа – горовиков, в основном появлялся там по вечерам, и выделялся из толпы других посетителей, тем что имел громкий голос, и склочный характер.