– О да – вздохнул я – Спасибо тебе, дед Крутован. Прими от меня в дар мясо – за помощь твою. А я вновь в путь пускаюсь.

– Туда?

– Туда – подтвердил я, вставая и делая первый шаг к лестнице – В гости к Мярру.

– Пусть удача светит тебе ярко!

– Пусть – согласился я и покинул обитель Крутована Сказочника, осторожно обойдя тонкий корешок стремящийся к воде и начав спускаться по крутой лестнице ведущей в столь знакомую и уже почти родную тьму….

На этот раз я свернул направо.

Пока я отлучался, Мярр Помойный, похоже, наворачивал и наворачивал непрестанно круги по своему обиталищу, потому как он заметил, что у него в гостях кто-то побывал.

Теперь его зловещий голос звучал гневно, безумно, предвкушающе. Мярр буквально завывал, разрывал воздух воплями.

– Кто-то был здесь! Бы-ы-ы-ыл! Сорвал мои травы, собрал мои грибы, оборвал мои лианы! Найду-у-у…. Неужто лохры? Неужто вновь решили изгнать Мярра Гневного! Не выйдет! Не выйдет! Я первый доберусь, первым сожму на шее гостя нежданного все свои двести двадцать пальцев когтистых! Выжму из него жизнь! Выдавлю до кровинки!

Двести двадцать! – беззвучно охнул я, стелясь вдоль стены по заполненному красной водой коридору – Двести двадцать пальцев!

Это известие о «достоинствах» противника еще больше воодушевило меня на следующий вывод: сталкиваться нам пока не надо. Я не тороплюсь быть удавленным таким количеством пальцев.

Поэтому я продолжил шарахаться по вражеской территории, перепрыгивая с камня на камень, проходя по стенным трещинам, цепляясь за выступы, вглядываясь и всматриваясь в каждую дыру или даже малейшее углубление. При этом мой слух постоянно отслеживал перемещения Мярра, я делал все возможное, чтобы избежать с ним встречи.

При каждом шаге я осматривался, оглядывался, окидывал взором близлежащее пространство, буквально сканируя каждую деталь воспаленным взглядом, выискивая и выискивая то самое, заветное, ради чего я сюда и приперся – музыкальный инструмент Крутована Сказочника.

Хоть я и был нацелен на убийство – чего уж скрывать – но прекрасно осознавал, что желание это всего лишь желание, а вот возможности это возможности. И для трезвости суждения я не забывал поглядывать на сиротливое окошко с печальными данными:

Мой Ползун так же пока не мог похвастаться боевой мощь, хотя боевитости при борьбе с сырым мясом было хоть отбавляй.

В общем – я искал «Старую музу», искал, как только мог, страстно желая выполнить задание.

И нашел.

После третьего часа трусливого бродяжничества по багровым подземным ходам, я таки сумел отыскать камень выглядевший как мощный выпирающий бок обычной с виду стены, но оказавшийся хитрой крышкой прикрывающей глубокую стенную нишу. И вот там то оно и было – сокровища!

Свертки и сверточки, камешки и бусины, палочки и сучки, монетки круглые и квадратные, целые и дырявые, сапоги без пары и деревянные сандалии, части какой-то одежды, наконечники для стрел, для копий, обломки мечей и топоров, гвозди разных размеров, гнутые и прямые.

Сокровище Мярра Помойного, сокровище Мярра Гневного лежало прямо передо мной. И выглядело просто огромной кучей мусора, каковым по сути и являлось. Однако я капризничать не стал. Рванувшись вперед, я запустил обе руки в кучу и принялся сгребать ее к себе в мешок, сгребать подряд, не разбирая где что лежит. Грузоподъемность меня не подвела, да и «сокровищ» не то чтобы шибко много было, так что я выгреб все подчистую, после чего развернулся и опрометью бросился прочь, с шумом расплескивая багровую воду, огибая торчащие с пола пики, спотыкаясь о камни.

Почему я так побежал? Из-за голоса Мярра Помойного, внезапно превратившегося из бормочущего в гневно воющий и начавшего активно приближаться в мою сторону. Похоже тут имелось нечто вроде сигнализации оповестившей хозяина о наглом воре забравшемся в природный сейф. Поэтому я и дал деру, тем более что среди общего хлама лежал предмет, определенно похожий на музыкальный инструмент довольно почтенного возраста.

И я без малейших сомнений решил отступиться от Мерзкого Багрянца.

Вот только не из-за Мярра я улепетывал. Не из-за его злых воплей мои волосы встали дыбом, а руки задрожали.

Дело в том, что я бродил в Багрянце около пяти часов кряду, старательно обнюхивая и ощупывая каждый закоулок, каждую щель, осматривая каждый тупик. И карта хоть и рисовалась крайне медленно, но все же рисовалась, рваные штрихи соединялись в нечто единое. И вскоре я понял, что все это время крутился в предбаннике, где и обитал сам Мярр Помойный. Я был лишь в преддверии Мерзкого Багрянца, по сути начинающегося там, где я обнаружил четыре мрачных хода идущих под крутым углом вниз, в багровую тьму. Проходы высотой метра в три, больше чем наполовину залиты водой, уходят и уходят вдаль, я побывал в каждом из них, но не решился пройти дальше чем на двадцать метров. Однако этого хватило дабы услышать странные шорохи, всхлипы, чтобы увидеть багровые и алые вспышки чьих-то злых светящихся глаз.