«Ты в своем уме?» — Я старалась обращаться к Мелани спокойно.

«В некотором роде», — огрызнулась она.

«Думаешь, если ты заставишь себя исчезнуть, это меня остановит?»

«А как тебя еще остановить? Есть идея получше?»

«Мел, я тебя не понимаю. Ты что, не хочешь их вернуть? Не хочешь снова быть с Джаредом? С Джейми?»

«Да, но… я не могу… — Она мучительно боролась с очевидностью ответа. — Анни, я не могу позволить тебе умереть. Это выше моих сил».

Я ощутила глубину ее боли, и слезы сами навернулись на глаза.

«Я тоже тебя люблю, Мел. Пойми, для нас обеих тут слишком мало места. В этом теле, в этих пещерах, в их жизнях…»

«Неправда!»

«Слушай, даже не пытайся себя уничтожить! Потому что, если я почувствую неладное, то заставлю дока вытащить меня сегодня же. Или Джареду нажалуюсь. Только представь, как он отреагирует. — Я представила за нее и улыбнулась сквозь слезы. — Помнишь? Он сказал, что пойдет на все, лишь бы ты осталась». — Я вспомнила обжигающие поцелуи в коридоре… подумала о других поцелуях и ночах из ее воспоминаний, и мое лицо вспыхнуло.

«Это удар ниже пояса».

«Зато подействовало».

«Я не сдамся».

«Я тебя предупредила. Больше никакой игры в молчанку».

Мы подумали о других, менее болезненных вещах. Например, куда мы отправим Ищейку. После моего сегодняшнего рассказа Мел была обеими руками за планету Туманов, я же полагала, что лучше подойдет планета Цветов. Во Вселенной не было планеты добрее: долгая жизнь среди Цветов и диета из солнечных лучей — то что доктор прописал.

На ум пришли другие приятные воспоминания — ледяные замки, музыка в ночи, разноцветные солнца. Мелани они казались сказками. Она тоже рассказывала мне сказки: хрустальные башмачки, отравленные яблоки, русалка, которая хотела стать человеком…

Конечно же, у нас не оставалось времени на сказки, потому что начали возвращаться остальные. Джаред управился очень быстро — наверное, просто отогнал джип на северный склон и оставил там под нависающим краем скалы. Он торопился, и потому вернулся через главный вход. До меня донеслись приглушенные, серьезные голоса. Я поняла, что Ищейка с ними — начинался первый этап моей смерти.

«Нет».

«Следи внимательно. Ты будешь им помогать, когда меня не…» «Нет!»

На самом деле я знала, что Мел меня послушается, ей просто не нравилась моя обреченность.

Джаред внес Ищейку в комнату, остальные вошли следом. Аарон и Брандт держали оружие наготове — на случай, если Ищейка притворяется: ну как вдруг вскочит и накинется на них, размахивая крошечными кулачками.

Джеб с доком шли сзади. Лукавый взгляд Джеба был устремлен на меня — проницательный старик наверняка догадывался о многом.

Я сосредоточилась на ближайшей задаче.

Джаред на удивление бережно уложил безвольное тело Ищейки на койку. Еще недавно это бы меня задело, но теперь даже показалось трогательным: он делал это ради меня, компенсируя недоданную мне нежность.

— Док, где «От боли»?

— Сейчас принесу.

Интересно, каким станет лицо Ищейки, когда носитель получит свободу? Сохранится ли хоть что-нибудь? Опустеет ли тело, или прежняя хозяйка заявит свои права? Почувствую ли я прежнее отвращение, когда из знакомых глаз на меня посмотрит другое сознание?

— Вот, держи. — Док вложил баночку мне в руку.

— Спасибо.

Я вытащила тонкий бумажный квадратик, отдала контейнер доку и через силу прикоснулась к Ищейке: руки быстро и уверенно положили «От боли» ей на язык. Лицо Ищейки было совсем миниатюрным — рядом с ней я казалась великаншей. Меня всегда отталкивал ее крохотный размер, который совершенно не вязался с характером Ищейки.

Лекарство быстро растворилось во рту Ищейки.

— Джаред, переверни ее на живот, пожалуйста, — попросила я.

Он по-прежнему осторожно, чуть ли не с нежностью, коснулся ее тела. Пропановый светильник озарил лазарет ярким, почти дневным светом. Я невольно посмотрела наверх и увидела, что док прикрыл отверстия в крыше брезентом, не давая свету вырваться наружу. За время нашего отсутствия он успел подготовиться.

В тишине слышалось ровное дыхание Ищейки и напряженные вздохи мужчин. Кто-то переступил с ноги на ногу, под подошвой хрустнул песок. Я почти физически ощущала на коже их взгляды.

Я нервно сглотнула и как можно спокойнее сказала:

— Док, мне нужно «Заживление», «Очистка», «Замазка» и «Разглаживание».

— Вот, пожалуйста.

Я сдвинула жесткие черные волосы Ищейки с розового шрамика у основания черепа.

— Док, может быть, ты сделаешь разрез? Я… не хочу.

— Без проблем.

На соседней койке док выставил в ряд белые цилиндрики лекарств и подошел ко мне. Отблеск скальпеля, мелькнувшего в ярком свете, упал мне на лицо.

— Подержи ее волосы, вот так. — Я отвела пряди со смуглой шеи.