— Что с его ногой?

— Небольшая инфекция, — пробормотал Иен. — Док прописал ему постельный режим, а то бы мальчишка давным-давно отправился тебя искать. Джаред практически привязал его к кровати.

Джеб кивнул.

— Джаред хотел было явиться сюда и притащить тебя силой, но я его отговорил. Вряд ли мальцу полегчало бы, если бы он увидел тебя в полуобморочном состоянии.

У меня кровь застыла в жилах — наверное, воображение разыгралось.

— Его лечат?

— Как? — пожал плечами Джеб. — Ничего, у паренька сильный организм, он справится.

— Что значит «справится»?

— Бактериальная инфекция, — пояснил Иен. — А антибиотиков больше не производят.

— Потому что они не действуют — бактерии умнее ваших лекарств. Должно же быть что-то еще, получше антибиотиков.

— Ну, у нас других лекарств нет! — Джеб развел руками. — Джейми — мальчик сильный. Пусть все идет своим чередом.

— Идет своим… чередом… — Я бормотала слова, как в тумане.

— Съешь что-нибудь, — растормошил меня Иен. — Не стоит показываться Джейми в таком виде.

Я потерла глаза, стараясь рассуждать здраво: Джейми болен, лекарств нет, остается лишь ждать, справится ли его тело с болезнью. А если не справится?

— Нет! — Я словно вновь стояла на краю могилы Уолтера, прислушиваясь к звуку песка, падающего в темноту. — Нет, — простонала я, отгоняя воспоминание, и на непослушных ногах побрела к выходу.

Иен пошел рядом со мной, по-прежнему сжимая мою ладонь.

Джеб нагнал нас и сунул мне еще еды.

— Поешь-ка, ради мальца! — попросил он.

Я стала жевать, не ощущая вкуса, и глотала, не чувствуя, как пища опускается в желудок.

— Так и знал, что она перенервничает, — ворчал Джеб.

— Зачем тогда сказал? — разочарованно спросил Иен. Джеб не ответил. Странно… Почему он молчит? Неужели все так плохо?

— Он в больнице? — поинтересовалась я безучастным тоном.

— Нет, нет, — торопливо успокоил меня Иен. — Он у себя в комнате.

Я даже не почувствовала облегчения. Все чувства притупились. Ради Джейми я зайду в любую комнату, даже если она насквозь пропахла кровью.

Пещеры казались незнакомыми. Я едва заметила, что снаружи день. Я не встречалась глазами с попадавшимися по пути людьми, которые останавливались, чтобы на меня посмотреть. Я лишь машинально переставляла ноги, пока не дошла до нужного коридора.

У входа в седьмую пещеру собралось несколько человек. Шелковую ширму убрали, и все заглядывали в комнату Джареда. Мои знакомые, люди, которых я считала своими друзьями… Друзья Джейми… Что они здесь делают? Неужели состояние больного настолько тяжелое, что приходится дежурить у его постели?

— Анни, — сказала Хайди. — Анни пришла.

— Дайте ей пройти! — Уэс похлопал Джеба по спине. — Молодец!

Я протиснулась сквозь толпу. Все расступились; впрочем, я все равно пошла бы прямо на них. Я сосредоточилась на одном — идти вперед, не останавливаться.

В комнате с высоким потолком было светло. Внутри никто не толпился: видимо, док с Джаредом выставили всех за дверь. Джаред стоял, прислонившись к дальней стене, скрестив руки на груди, — поза, которую он принимал, только когда сильно тревожился. Док стоял на коленях у широкой кровати, где лежал Джейми.

Почему я оставила мальчика одного?

Раскрасневшееся лицо Джейми покрылось испариной. Правая штанина джинсов была обрезана, повязка снята. Рана не такая ужасная, как мне представлялось, — двухдюймовый разрез с ровными краями. Только вот в глаза сразу бросилась пугающая краснота вокруг раны, кожа вспухла и блестела.

— Анни! — выдохнул Джейми, увидев меня. — С тобой все в порядке, хорошо…

Я упала на колени подле его кровати, утягивая за собой Иена, дотронулась до лица Джейми — кожа под моей рукой пылала. Я задела локтем дока, и он быстро вышел, а я даже не разглядела выражение его лица: отвращение было на нем написано или вина.

— Джейми, малыш, как ты?

— Болван я, просто придурок. — Он показал на ногу. — Надо ж было умудриться!

Я нашла у подушки влажную тряпку и вытерла пот со лба Джейми.

— Ты поправишься, — уверенно сказала я.

— Конечно, поправлюсь. Это пустяки. Джаред не пускал меня к тебе. — На его лице вдруг проступила тревога. — Я слышал… Анни, знаешь…

— Ш-ш-ш. Забудь. Если бы я знала, что ты болеешь, я бы уже давно пришла.

— Да не болею я, какая-то дурацкая инфекция. Я рад, что ты пришла. Ненавижу, когда ты где-то пропадаешь.