Еще на спуске, когда за очередным перегибом склона открылась котловина, Олег приметил у озера три палатки и направился к ним: вместе и стоять веселее, да и информацией обменяться можно. Хороших карт, почитай, ни у кого нет. Конечно, сейчас, в девяносто втором, добыть карты несколько проще, двухкилометровки при желании достать можно, но старые, грешащие ошибками, а то и намеренными неточностями.

Когда спустились к озеру, Олег распорядился ставить палатки, а сам пошел знакомиться...

В седьмом часу вечера в котловину спустилась шестерка Кости Ивлева. Не терпевший никаких отклонений от намеченного маршрута, Костя в этот день совершил-таки стоявшее в графике восхождение, хотя и видел надвигающуюся с юго-запада тучу. Стоянка у озера была также запланирована изначально: дух перевести, да перышки почистить перед выходом к людям. От котловины до станции - полтора неспешных перехода. Настроение у Кости было отличное: весь маршрут прошли строго по графику, резервный день не использован, так что они вправе два дня отдать блаженному ничегонеделанию у озера.

Надо сказать, что использованный на маршруте резервный день Костя считал если и не поражением, то уж точно полупоражением. Резервный день - полагал он - берется на крайняк: травма, заболел кто или, не приведи, конечно, боже, труп несут. Трупы на Костиной совести есть, целых два и в одном походе. Оттого он последние четыре года водит своих молодцев в дикие походы, не регистрируясь в МКК: запрещено ему водить группы после той истории, а ходить под чьим-то руководством он уже не сможет, наверное, рановато стал Костя инструктором, рановато ощутил сладость самостоятельности.

На подходе к озеру Костя приметил едва угадывающиеся в плотной пелене палатки.

– Место-то обжитое, - усмехнулся он.
– Что ж, познакомимся. В такую погоду соседи не в тягость, а в радость...

Уже смеркалось, когда на котловину случайно натолкнулась бесшабашная семерка адреналинщиков во главе с Мишей Звонковым. Прибыв в эти места три дня назад, они с жизнерадостным воплем:

– Да здравствуют горы! Даешь адреналин!
– устремились к вздымающимся хребтам, имея с собой только случайно купленную десятикилометровку да небрежно срисованную из книги схему этого района. С первой ночевкой им повезло: встали на ровной террасе возле ручья. Зато следующую ночь провели на склоне, среди камней, где палатки было негде поставить. Так и спали, примостив спальники между каменных глыб. Утром они вновь рванули вперед и вверх, на гребне шедшая второй двойка чуть не сорвалась, зависли ребятки, балансируя над пропастью. Но везение не оставило звонковцев: все обошлось испугом и истерическим хохотом. Туча настигла бесшабашных адреналинщиков на спуске, окутала, лишила какой бы то ни было ориентировки. Усталые, они брели наугад, надеясь, что везение и в этот раз не оставит их предводителя. А на душе у Миши все сильнее и сильнее скребли кошки. Пожалуй, уже не а бы какие кошки, а вся знаменитая в их округе кошачья стая собралась и нещадно драла Мишкину душу. Вспомнился не к месту слышанный когда-то анекдот про альпиниста: мол, и летел-то всего ничего, а сколько всякой ерунды в голову пришло. Вспомнил этот анекдот и внутренне содрогнулся: может, и ему, Мишке, пора взывать к Богу, обещая отдать все, отказаться от всего ради спасения ребят. А проклятым каменным осыпям, казалось, не будет конца, и вечер стремительно надвигается, будто не август еще, а поздний октябрь, туча же, будь она неладна, щедро одаривает моросью, кажется, уже даже сухой нитки нет. Людкин надрывный кашель рвет и без того истерзанную душу. О второй ночевке в спальниках посреди камней и подумать страшно…

Но что это? Миша хотел и боялся верить. Нет, и впрямь склон выполаживается, среди камней начали появляться островки мха, их все больше, и они положе…

– Не унывать, орлы! – ободрил свою команду разом повеселевший Миша. – Везение не покинуло нас. Эту ночь, клянусь, будем спать как боги.

Миша и на этот раз оказался провидцем: не прошло и получаса, как они наткнулись на ровную травянистую площадку. Наспех поставили палатки, кинули на коврики сырые спальники, залезли в них и мигом уснули, даже не подумав искать воду. Все завтра, завтра…

…Еще накануне Андрей, Олег и Костя договорились собраться в десять часов утра, пообщаться. Костя, привычно проснувшись в половине восьмого, вылез из палатки, устроился на большом камне, закурил. «Как же вовремя настигла нас в этом году непогода, - удовлетворенно подумал он. – Не то, что в прошлом сезоне, когда столкнувшиеся фронты устроили такой кавардак, что даже мне пришлось-таки отступить». Он немного помрачнел, вспомнив ту свою неудачу. Да, такая свистопляска разыгралась, что идти вперед было уже не риском, а чистым безумием на грани с суицидальным синдромом. Скрипнув зубами, Костя отступил: безумием, а уж тем более склонностью к самоубийству он все же не страдал…

Чьи-то голоса, перемежающиеся надсадным кашлем, оторвали его от воспоминаний. Костя поднял голову и увидел двух ребят и девушку, явно не принадлежавших ни к группе Андрея, ни к группе Олега.

– Когда пришли? – спросил он дружелюбно.

– Вчера поздно вечером, - ответил ему коренастый парень.

– А кто старший.

– Я, - сказал тот же парень. – Мишей меня звать.

– Так вот, Миша, - сказал Костя представившись. – Тут, помимо наших, еще две группы стоят. Мы, руководители, договорились посидеть, покалякать. Приходи, - Костя посмотрел на часы. – Через полтора часа вон к той палатке. Ну как?

– Заметано, - сказал Миша.
– А вода здесь где?

– Левее, - усмехнулся Костя. – Поднимайтесь на гряду, там озеро. А что девушка так кашляет? Простудилась?

– Есть, маленько, - с застенчивой улыбкой ответила та.

– Тогда и ты приходи. У Олега в группе хороший врач. Вчера проверили: я тоже сюда одного хворого привел…

…Первым делом выпили по кружке горячего ароматного чая – Андрей озаботился. Еще за чаепитием Костя, как бы невзначай, вроде поддерживая общий треп, спросил: