Агентов Мику и Клотта усадили друг напротив друга, за узким столом. Их за плечи придерживали весьма габаритные минарды, увешанные доброй полудюжиной ножен с различным вооружением.

Вокруг длинного стола прохаживался кругами секретарь Тарасий и что то выговаривал схваченным двойным агентам.

Пухлый ширококостный Мика глотал слёзы и что то пытался неслышно бормотать в ответ, Клотт, лицом и телосложением издали похожий на огромную крысу, шутки ради одетую в нелепый человеческий наряд — лишь бросал короткие взгляды на телохранителей «престолодержателя», бывших в числе шести человек на площадке и молча сжимал и разжимал свои, бывшие немалыми, кулаки.

— Итак! — проговорил своё привычное и так любимое слово, Дезидерий, быстро подойдя к задержанным агентам и раздумывая, садиться с ними вместе или нет. Решив что проще стоять и задавать вопросы сверху вниз, как обвинитель на виновных, министр продолжал. — Итак! Парочка предателей в моём ближайшем окружении! Вы хоть понимаете что вас ожидает, скоты?! Да нет такой пытки или казни, которую я бы не…

— Мы не согласны! — внезапно заверещал Клотт на слова министра. Что было совершенно невероятно при его внешности. Сходство с огромной крысой переростком стало до неприличия очевидным. — Господин министр! Почему ваши слуги нас огульно обвиняют и вы сами, по их злому навету, считаете что мы способны были вас предать?

— Тарасий — предъяви! — грозно потребовал у своего секретаря «престолодержатель» и его фаворит, отойдя что бы взять из небольшого ларя какие то документы, просто выложил их перед Микой и Клоттом.

Оба старших агента Дезиддерия на северных территориях с жадностью вперили в них взгляды, однако через несколько секунд на них отразилось такое искреннее замешательство, а вслед ему и откровенный животный страх, которые говорили лучше всяких признаний о том, какой эффект выложенные на стол бумаги произвели на пару.

Мика стал уже откровенно рыдать навзрыд и говорить, лепеча себе под нос, что их вынудили пытками и они просто ничего не могли поделать — слишком внезапна была атака инквизиторской облавы и дальнейший допрос. Клотт молчал и лишь его маленькие, бегающие во все стороны глазки-пуговки, показывали что он лихорадочно придумывает как бы объяснить столь явное предательство со своей стороны.

— Что вы твари рассказали инквизиторам, о нашем плане по Руфусу?! Говорите ублюдки или вас будут резать на части, маленькими кусками, пока всё не вспомните!!! — буквально проревел Дезидерий главный вопрос, который его сейчас мучал более всего.

Оба задержанных мужчины было вскочили на ноги, но тут же были сбиты ударами минардов по своим ногам и упали мешками на деревянные стулья, на которых доселе и сидели.

Первым пришёл в себя Клотт: «Ничего! Клянёмся — ничего!!!»

— Глупо… — спокойным, немного ленивым голосом, констатировал министр отпирательства своих агентов. — Всё же очевидно: вас обоих «хлопнули» именно по причине наших действий на севере, точнее границе с Севером, в Клину и теперь, когда инквизиторы узнали от вас главное…

— Да нет же! — орал Клотт, брыкаясь в объятиях пары удерживающих его на стуле, огромных силачей минардов. — Нас, по нашей же глупости и жадности — взяли с торговой флотилией из Амазонии, когда мы решили немного подзаработать контрабандой! «Чёрные» ничего у нас не спрашивали о Руфусе, зато много интересовались Гарданой и особенно — Амазонией!

— А мною? — вкрадчиво поинтересовался министр, разглядывая Клотта.

— И вами, господин… — признался агент. — Но так как у инквизиции есть своя сеть из агентов, то они вскоре выяснили от них, что мы в столице бывали лишь наездами и большую часть времени проводили на Севере. Это вполне устроило и первых из следователей, что нас допрашивали, и самого Великого инквизитора Корсо.

— Далее! — поторопил Клотта Дезидерий.

— Готовился поход кельриков на Амазонию и возможно далее, в случае его успеха — в сторону Гарданы где также скрывается много инквизиторов и варваров, что не признают нашей Веры, и инквизиторы хотели получить как можно больше информации по данным территориям империи.

— И вы им помогли?

Мика сглотнул комок в горле и вмешался в разговор, видимо также желая показать готовность в собственном признании и раскаянии: «Мы им рассказали о наших связях с друидами и тамошней знатью и выдали, для служб трибунала инквизиции, примерно с полсотни агентов.»

— Наверное не забыли упомянуть и как помогали организовывать, ранее, выступления амазонийской королевы и поддельные документы Брейхеля привозили, что бы купчины и магистраты городов, с нею действовали сообща, рассказав что это я вам их дал? И про мастерскую Брейхеля сообщили?

— Нет! — решительно отмёл подобное Клотт. — Зачем?! За информацию об организации подобной провокации, одними подзатыльниками и угрозами мы бы не отделались! Нас бы тогда потрошили до последнего! Инквизиторы нас не расспрашивали об этом, возможно приняли за посредников или агентов среднего звена, а мы молчали — боясь полноценного допроса с пытками! За письма из мастерской художника Брейхеля и нашу деятельность по переговорам с Амазонией, можно пойти на костёр, запросто…