Остальной отряд в ожидании расселся за массивные стулья, пытавшие спрятаться за столом. Запахи из кухни шли настолько вкусные, что Кенкуин невольно начал ворчать о слишком долгой готовке.

– Рин, как думаешь, что находится там, внутри той горы?
– спросила Аврора, зная, что Кенкуин не обратит внимания на их разговор из-за магии плаща.

– Не знаю Ра, но очень хочу это узнать, - ответил чародей.
– Возможно, там есть нечто, что способно вернуть мне кое-что очень дорогое.

– Что же это?

– Если получится всё исправить, то увидишь, - ухмыльнулся Альрин.

– Ребята, может всё-таки стоит открыть Кенкуину глаза, и показать, что у нас в отряде несколько больше участников, чем он думает?
– Намекнула Лириольна, посмотрев на Аврору.

– Не стоит, - резко ответил Альрин и немного смягчился.
– По крайней мере, пока.

Он не видел, как отреагировала Изабелла на столь явный выпад чародея в защиту ангела, однако это заметила Селения. И на душе у неё стало как-то совсем нерадостно, ведь она прекрасно видела, что Мастеру Меча сильно нравится Альрин, но Белла разрывается между дружескими узами с Авророй и собственными чувствами к магу. Темная эльфийка боялась, что это может привести к очень серьезным последствиям, если вспомнить силу мечницы. Два года назад только Ардису и Стротклайду удалось усмирить её ярость, а хватит ли сейчас у Белого Мага сил справиться с неистовством Изабеллы в одиночку? Это очень хороший вопрос. Однако маг как обычно смог успокоить Мастера Меча, будто почувствовав, как в её душе зарождается буря.

– Белла, а что думаешь ты?
– спросил чародей и, ухмыльнувшись, добавил.
– Всё же учитель должен знать больше своего ученика.

– А я и знаю больше тебя, - было видно, что девушке очень приятно, что именно чародей спросил её мнение.
– Я с тобой согласна, пока не стоит ему говорить. Я пока не совсем доверяю ему.

– Кстати, а что вы все вдруг так надолго замолчали?
– спросил Кенкуин, вернувшись из своих мыслей.

– Также как и ты, были поглощены раздумьями, - ответил Альрин.
– Всё хотел у тебя спросить, что же может артефакт, который у тебя на руке?

– Да простенький этот артефакт, слегка усиливает возможности магии Разума, ну и немного помогает в плане систематизации информации, - раскрыл Кенкуин малую часть возможностей старда.

– Хм... но при этом сознанием не обладает, правильно?
– Альрин, что-то чувствовал от этого артефакта, но понять не мог, а Лилиан, которая смогла бы подтвердить его догадки, не было рядом.

– В общем нет, - соврал новичок.

– Что-то вы расслабились слишком, - вышел из кухни гном.
– Не хотите сыграть в одну игру, пока мясо дожаривается, - подгорный воин пододвинул к себе стул, и плюхнулся на него.

Вытерев руки тряпкой, он положил на столе металлический диск с локоть диаметром. На этом предмете красовались разные изображения всевозможных стихий и видов магических дисциплин. И каждое кольцо, включавшее в себя символы, способно было крутиться.

– Это же противоборство, - удивился Стротклайд.
– Я уже думал, что об этой игре забыли пару тысячелетий назад.

– Ну так и есть, - с грустью вздохнул гном.
– Но игра то простая и довольно веселая. Сейчас, погодите, я объясню правила. Каждый из присутствующих крутит кольцо с понравившимся изображением, когда все выполнят данное действие, первый игрок нажимает на центральный круг, где черный и белый цвета сливаются в серый. Дальше диск заставит крутиться все кольца, и те изображения, оказавшиеся рядом, начинают противодействовать друг другу. Простые правила, правда? Даже смухлевать не получится, - усмехнулся проводник отряда и увидел, как понимающе усмехнулся Стротклайд.
– А так как среди нас не один игрок, хорошо умеющий играть, то веселей будет вдвойне, - и заметно тише добавил.
– Правда, только нам.

Гном надавил на изображение Металла и крутанул кольцо, потом то же самое проделал Клайд, выбрав Жизнь, а затем уже и остальные. Когда каждый в отряде прокрутил понравившееся ему изображение, подгорный воин с силой надавил на центр диска. Все три кольца быстро завращались и спустя секунд десять остановились. Сразу три изображения, указанные игроками выстроились в один ряд.

– Есть!
– подпрыгнул гном.
– Сразу два соперника. Ну сейчас посмотрим кто победит.

Напротив Металла оказались Смерть, выбранная Селенией и Самум, на который указала Лириольна. Изображения этих стихий начали светиться, а потом вспышка света ослепила всех вокруг. Селения лежала на полу, а её доспехи испускали слабый дым, Лириольна сидела рядом и вместе со слезами пыталась вычистить песок из глаз.

– Ух-х, сильны, как будто молотком по ноге ударило, - бодро отозвался гном.
– Двое выбывают, продолжаем.

– Постой-ка немного, - остановил гнома Альрин.
– Зачем ты обидел моих друзей? Ты не говорил, что кто-то может пострадать, - В глазах чародея появился отголосок того маленького огонька, который был слишком силен для столь юного волшебника и Белый маг решил вмешаться.

– Рин, не беспокойся, - положил руку Стротклайд на плечо охотника.
– Эффекты этой игры не опасны для жизни и недолговечны. Эта игра проводит сражение между силами играющих и побеждает тот, чья сила оказалась сильнее. Как следствие на побежденного накладывается временный эффект его же собственной силы. Эту игру раньше применяли Повелители, чтобы относительно безболезненно для себя и окружающих выяснить кто из них сильнее.

– А почему изображение стихии Смерти, которое было на третьем кольце вместе с Металлом, оказалось на втором?
– спросил Кенкуин.

– Я же говорил, что изображения могут меняться случайным образом не только в пределах своего кольца. Или не говорил?
– Гном почесал голову.
– Если что не серчайте, никто же не думал, что я окажусь сильнее двух боевых магов-эльфиек. А теперь второе противоборство.

Пока крутились кольца, Альрин находился в серьезных раздумьях.

«Я чуть не кинулся на этого гнома, - мысленно вздыхал чародей.
– Но как хотелось сжечь чертового коротышку. Было такое ощущение, что внутри всё вспыхнуло. Не позволю причинить вред Авроре, никому. Спалить нужно бороду этому миниатюрному вояке, Лилиан бы сказала что-нибудь в таком духе», - усмехнулся маг.