– Как-то не похожи эти люди на разбойников, или это патруль воинов Ардаля?
– поинтересовался Кенкуин.

– Дезертиры, - коротко ответил чародей.

К ним подошел человек полностью одетый в броню из гномьей стали. Массивный меч торчал из-за плеча, тяжелые сапоги отдавали глухим стуком. Из-под красивого шлема раздался грубый голос:

– Отдавайте все деньги, что у вас есть, и мы вас не тронем, клянусь короной Ардаля.

– Видишь, я оказался прав. Даже не пытаются скрыть своей принадлежности, - с грустью вздохнул Виатор и ответил высокому командиру дезертиров.
– Ты уже предал свою корону, сбежав с недавнего сражения, а ведь с вашей помощью потери были бы значительно меньше и орков разгромили бы гораздо быстрее.

– Заткнись, ты не был там!
– разозлился дезертир.

– О-о-о какие мы трусливые. Мальчик ты не знаешь что такое война, - из уст тридцатилетнего парня это звучало несколько необычно, если учесть что командиру дезертиров на вид было не меньше шестидесяти лет.
– Ты не участвовал в сражениях на Границе, вот там был Ад со всей нечистью, что из него лезла.

– Убить наглецов, возомнивших о себе невесть что, - с улыбкой сказал мужик.
– Один считает себя стариком, а второй по ходу немой.

Войны посмеялись и кинулись на путников. От вида вооруженных до зубов двух десятков человек Кенкуин как-то нехорошо себя чувствовал, но старался не подавать виду. Виатор же стоял, совершенно ничего не опасаясь. Воин в лёгких доспехах изрядно обогнал всех остальных, и уже было кинулся к путнику, но упал, и его голова по инерции прокатилась ещё пару метров. Остальные дезертиры даже не поняли что случилось. Мастер-охотник пошел к ним на встречу обычным шагом, но никто его так и не остановил когда он прошел сквозь бегущую толпу. Кто-то пытался ударить путника мечом, однако руки упали на землю, продолжая крепко сжимать клинок, у кого-то отвалились ноги, ещё у половины были поломаны мечи и щиты. Лучники быстро опомнились и начали стрелять в мастера-охотника, но он кинул в крайнего странный кинжал, попутно увернувшись от целого роя стрел, которые без проблем утыкали бы его, будь он обычным человеком, а ведь лучники являлись профессионалами.

– Вам не повезло дважды: первый - когда вы решили предать свою корону, а второй - когда встретили меня, - спокойно сказал Виатор и кинул ещё пяток точно таких же кинжалов в каждого лучника, попутно схватив летящую ему в лицо стрелу и отправив её в ближайшего мечника.

Все воины попадали с деревьев, словно переспелые яблоки, но ни у кого в груди не было кинжала. Полюбовавшись на искусную работу мастера-оружейника, который сделал клинок похожим на острый коготь гуарнага длиной в полтора локтя, Виатор подкинул его вверх и, дождавшись пока он сделает один оборот, схватил его за рукоять в виде языков пламени плавно обволакивающих лезвие. Буквально в туже секунду убегающие с места схватки воины развалились на пяток разрубленных кусков. Вокруг всё было залито кровью и увиденное подталкивало пищу из желудка обратно. Только благодаря гигантскому усилию воли Кенкуина не вырвало, а тем временем Виатор направлялся к единственному уцелевшему воину. Командир дезертиров сразу начал пятиться назад и страхом наполнились его глаза.

– Только не убивай меня, как и моих воинов, - взмолился дезертир.

– Не бойся, как их я тебя не убью, ты будешь умирать по-другому и значительно дольше, чем они, - лицо охотника по-прежнему не выражало эмоций.

Ярость поглотила страх дезертира, и он кинулся на своего противника. Взмах мечом, но охотник даже не пожелал уклоняться, а на лице командира дезертиров появилась торжествующая улыбка и когда, казалась бы, клинок должен был перерубить охотника, раздался звонкий удар. Виатор остановил клинок своим странным кинжалом в миллиметре от своей тонкой серой куртки. И уже в следующее мгновение кисти сжимающие меч отделились от рук, а дезертир закричал от боли. Потом он не смог стоять, без ног это было проблематично, а после и руки полностью отделились от тела. Резким движением руки охотник отсёк верхнюю половину черепа прекратив мучения дезертира.

– Теперь ты видишь, что я сталкиваюсь со зверствами достаточно часто?
– как-то совсем невесело спросил Виатор.
– Я даже не корю себя, за то, что убил этих слабоумных идиотов.

– Но зачем так жестоко?

– Чтобы те, кто наблюдал за бойней из леса, вернулись обратно и рассказали остальным, что с ними будет, если они решат сбежать и оставить невинных людей на расправу оркам, а заодно они получат своё наказание, хоть и не такое жестокое, - вздохнул мастер-охотник.
– Если бы ты знал, как мне всё это надоело. Люди настолько же отвратительны насколько и привлекательны. Так, кажется, говорил мой наставник.

Кенкуин и не предполагал, что этот мир настолько жесток и что охотник, с которым он путешествует, на самом деле является магом, причём уровня Повелителя, да и ещё весьма кровожадным, как показалось парню. Дороги в этом королевстве были весьма однообразными и в основном все располагались в лесах. Впрочем, так было только на юге и востоке этого большого государства, на севере же располагались обширные степи. С одной стороны беглец понимал охотника, ведь он читал много книг по истории. Там с дезертирами поступали примерно так же, но это было слишком давно в его мире, а теперь наказания в Федерации совсем иные, да и преступников довольно мало, так что принять подобные методы было слишком тяжело. С момента небольшого сражения или лучше сказать бойни прошел день, и молодой исследователь решил, наконец, поинтересоваться:

– Виатор, а как ты смог их убить? Я никогда не видел ничего подобного.

– Хм... я просто воспользовался одним из своих артефактов, а точнее вот этим отличным клинком, - в руке у чародея появился тот самый артефакт.
– Посмотри, - передал охотник ценную вещь своему собеседнику, который немного испугался столь опасного оружия, и продолжил.
– Этот артефакт я забрал у одного из высших демонов, убитых мною во времена последней войны на Границе. Он обладает весьма интересными свойствами. Одно из них делает так, что клинок по моему желанию возвращается ко мне вне зависимости от расстояния, а другое позволяет использовать мощный поток огня, чтобы отбиться от большого количества весьма серьёзных противников.