Джини металась на простынях, вцепившись в них и закрыв глаза. Тру прижимал её широко разведённые бёдра к кровати, пока его рот чёрт знает что вытворял с её клитором. Было так хорошо, что почти больно.

Он посасывал и пощипывал чувствительный бутон, с силой втягивая его в рот. Каждый раз, когда она была близка к оргазму, он отступал, доводя её до безумия. Кончик его языка скользил по её клитору снизу вверх, напоминая о том, как она любила, есть мороженое. Затем сменил направление, задвигался из стороны в сторону.

Он либо пытал её при помощи наслаждения, либо выяснял, что нравится ей больше всего, проделывая всё что мог, чтобы увидеть реакцию. Джини стонала, вскидывала бёдра, но не могла сдвинуться. Он об этом позаботился. Его руки держали её нежно, но крепко, не отпуская. То, что она полностью находилась в его милости, только делало её ещё более возбуждённой.

Она задыхалась, выгибала спину, чувствуя, как пот выступает на коже. Ощущения становились слишком интенсивными, но сдвинуть ноги она не могла. Тру слишком силён. У неё было два сексуальных партнёра в жизни, но они никогда не заставляли её чувствовать нечто даже просто похожее на ту всепоглощающую жажду освобождения, источником которой стал Тру.

— Пожалуйста. — Дрожащей рукой она потянулась вниз, нуждаясь в том, чтобы коснуться его. Дотронулась пальцами до его затылка и почти отдёрнула руку. Накатил страх, что она вцепится в его кожу, так как уже делала это с простынями. Вместо этого Джини сжала в кулаке несколько шелковистых прядей и взмолилась снова. — Тру, пожалуйста.

Он зарычал, и вибрации от этого отправили её за край, где она нашла своё освобождение. Всё тело Джини сотрясалось от силы экстаза, словно взрывная волна пронеслась сквозь неё, от его рта прямо в её мозг. Она кричала, даже не понимая, были ли это слова, или что-то совершенно бессмысленное. Её это не волновало. Центром её вселенной стал кончик языка Тру, выписывающий круги в самой чувствительной точке её тела. Она закричала снова, от пронзившего её следующего разряда удовольствия.

Внутренние мышцы дрожали, пока она переживала второй оргазм, шокированная тем, что он смог заставить её кончить два раза подряд.

— Остановись, — взмолилась она, уже не в силах вынести это. Её сверхчувствительный клитор пульсировал.

Он перестал играть с ним, но его язык опустился ниже, прошёлся по входу в её лоно. Джини ослабила мёртвую хватку на его волосах, тело начало расслабляться, мышцы стали вялыми после всех её содроганий.

— Ты такая сладкая, — простонал он. — Я хочу ещё.

Это было единственное предупреждение, прежде чем его язык проник в её лоно. Она застонала от приятного ощущения. Он вышел из неё и отпустил бёдра. Джини думала, что он поднимется, устроится на ней и найдёт своё собственное освобождение. Это было волнительно, и она страстно желала узнать, какие ощущения её ждут, когда она соединится с Тру. Все её фантазии, о нём, внутри неё, наконец-то станут реальностью. Она открыла глаза, посмотрела вниз, когда он поднял голову. Ей пришлось отпустить его волосы.

Выражение его лица заставило её вздрогнуть. Она могла бы поклясться, что он в гневе.

— Что случилось? Я дёрнула тебя за волосы? Я не хотела.

— Ты тесная.

— Разве это плохо? — Большинству парней это нравится, правильно? Хотя с тех пор как она занималась сексом, прошло уже какое-то время. Что-то могло измениться.

— Это плохо прямо сейчас. Я настолько тверд, что мог бы пойти вместо отбойного молотка, бетон долбить. — Он опустил голову, отводя взгляд, и она заметила, как побелели костяшки его пальцев, вцепившихся в край матраса. — И придётся разрезать штаны. Мой член зажат между материалом и бедром, придётся купить размер побольше, если ты останешься здесь надолго.

Его чувство юмора оказалось неожиданностью, и она улыбнулась, ощущая необыкновенную радость, после того как он подарил ей лучшие оргазмы в её жизни. Пришлось приложить усилие, чтобы двигаться, когда хотелось просто валяться в его постели, но она села. Его губы приоткрылись, обнажая кончики острых клыков. Было удивительно, что он не зацепил её ими, мысль об этом только сейчас пришла ей в голову.

— Я помогу тебе из них выбраться.

Тру вскинул голову.

— Не трогай меня.

Её веселье пропало, сменившись тревогой.

— Ты в порядке?

— Нет.

Она подумала, что он поддразнивает её, но ошиблась. Это была боль, а не гнев, на его лице.

— Ох, Тру. — Она не могла взглянуть на его пах, так как он стоял на коленях у края кровати. Джини перелезла на другую сторону, спустилась и приблизилась к нему.

— Не подходи.

Она замерла, изучая его тело. Он стоял на коленях, бёдра были прижаты к краю кровати. Всё ещё мёртвой хваткой держался за край матраса.

— Просто расстегни ширинку, и мы стащим их вниз, пока ты не освободишься.