– Нет. Она настоящее сокровище. И никакое приданое этого не перевесит.

Уильям не совсем понял смысл разговора между Мелитой и Ранулфом и поэтому уточнил:

– Значит, мы договорились?

В голосе бедняги звучало неподдельное изумление.

– С одним условием. Мы обратимся к Лайонин. Я не желаю, чтобы ее заставляли выходить замуж против воли, – требовательно заявил Ранулф и прищурился, словно что-то вспоминая. Она должна согласиться! – Надеюсь, в последний момент не обнаружится другого жениха или состоявшейся помолвки?

Уильям покачал головой:

– Нет. И если верить жене, девочка охотно пойдет с вами под венец. Вы собираетесь пригласить на свадьбу придворных короля?

Ранулф немного поразмыслил.

– Я никого не стану приглашать, поскольку в этом случае приедут король с королевой и привезут с собой всех слуг, почти триста человек, а очень немногие лорды путешествуют с меньшей свитой.

Уильям в ужасе уставился на будущего зятя. Принять, накормить и разместить такую уйму народа?! Но Ранулф спокойно продолжал:

– Сейчас холодно, слишком холодно, чтобы устраивать турнир, так что, если это не оскорбит вас, вашу прелестную жену и миледи Лайонин, свадьба будет скромной, и мы почти сразу же уедем в Мальвуазен.

Облегчение Уильяма было почти ощутимым.

– Да, все будет так, как вы пожелаете. А теперь – к делу. Оглашения должны делаться три воскресенья подряд. Если мы сегодня подпишем брачный договор, можно устроить свадьбу через три недели. Это вам подходит, милорд?

– Разумеется. В таком случае я уеду завтра утром, чтобы все подготовить, и вернусь через три недели.

Его взгляд упал на улыбающееся лицо Мелиты, и Ранулф, повинуясь порыву, положил большие ладони на ее плечи и поцеловал в щеку. Она взяла его за руку и проводила до лестницы.

– Скоро подадут обед. Я уже послала за вашими людьми. А вы, наверное, захотите переодеться.

Ранулф медленно поднялся к себе. Умывшись и переодевшись в темно-синюю бархатную тунику и плащ, он весело усмехнулся. Что подумают его «черные стражи», узнав, что их господин нервничает, как зеленый мальчишка, и все из-за Львицы с изумрудными глазами?

Лайонин открыла ставни и подставила лицо холодному ветру. Новости, принесенные отцом, едва не лишили ее чувств. Лорд Ранулф женится на ней?! Но в душе кипело возмущение. Как могли они сговориться за ее спиной? Она вспомнила свою кузину Анну. За ней пришел паж и пригласил вниз. Через минуту ее обвенчали с человеком, которого она раньше никогда не видела.

Лайонин глубоко вздохнула и подумала, что Господь дал ей хорошего отца. Конечно, это Ранулф предположил, что она с готовностью согласится на брак. Лайонин закрыла глаза и подалась вперед, ощущая, как мороз кусает щеки. Провести с ним дни и годы жизни! Позволить целовать себя, когда пожелает!

– Дочь, так ты дашь графу ответ?

– Да, отец, я выйду за него, – тихо прошептала она, Уильям молча вышел. Он не мог осознать, что дочери предстоит стать графиней. Бедняга так задумался, что не видел, куда идет, и в полумраке коридора налетел на Ранулфа.

– Она не согласилась, – мрачно констатировал черный рыцарь.

– Почему же? – удивился Уильям. – Она выйдет за вас. Только тогда он взглянул на Черного Льва с чем-то вроде ужаса: подумать только, этот человек станет его зятем! Разве не должно быть наоборот? Разве не должен сын бояться отца?

– Идите к ней. Она наверняка захочет вас видеть, – пробормотал он и, пожав плечами, стал спускаться вниз.

Лайонин услышала, как открывается дверь, но не отошла от открытого окна.

– Люси, иди сюда! Посмотри, какой чудесный день! – позвала она и испуганно обернулась, услышав низкий мужской голос.

– И что делает унылый холодный день столь чудесным? – серьезно осведомился он.

Девушка вдруг смутилась. Ведь она почти его не знает!

Ранулф подошел к резному дубовому сундуку, стоявшему у стены, взял гребень из слоновой кости и стал изучать нацарапанные на нем фигурки.

– Ты говорила с отцом и согласилась на… сделку.

– Да, – тихо подтвердила она. – Но разве брак не больше, чем простая сделка? Ты не много приобретешь, взяв в жены дочь бедного барона. Может, ты хотел богатую жену с большими владениями и…

– Кривыми ногами?

Глаза девушки озорно блеснули.

– А ты откуда знаешь, что у меня ноги не кривые? Он не улыбался. Только глаза смешливо блеснули.

– Верно. Не знаю. Но намерен это выяснить. Не хочу жениться на женщине с кривыми ногами.