Жюль пожал плечами. Химика среди его друзей нет. Есть писатели, актёры, филологи, юристы.

— Очень жаль, страшно жаль, — печально проговорил Блуа. — Смотрите, что делается, — я снова беру эту трубку, в ней, внутри неё, месяц назад был некий укрепитель запаха духов. Я влил туда анисовые капли. Вы смеётесь? Чепуха, по-вашему? Вспомните яблоко, упавшее на лоб Ньютону! С яблока началось, законом всемирного тяготения кончилось. Правда, у меня мелочь, ерунда, но всё же история повторяется: для всякого открытия нужен какой-то пустяк, незначительный случай. Шутки ради, вчера я помешал лужицу. Она ожила. Заговорила! Чувствуете запах? Чудеса! А я ничего не понимаю. В моих руках открытке, а я ничего не могу сделать. Открытие, возможно и смешное, но способное обогатить и меня и моего хозяина. Поднимайтесь, дорогой сосед! Мне нечем угостить вас. Я обедаю на службе, дома у меня только табак.

Жюль поднялся и помог встать соседу. Блуа растёр ногою лужицу, и немедленно вся комната наполни» лась запахом гелиотропа.

— Случайно пролил духи, случайно налил в трубочку анисовые капли, случайно зашли ко мне вы, — проговорил Блуа, наскоро прибирая своё жильё, переставляя вещи и опуская оконную штору. — Как подумаешь — всё случайно на этом свете. Случайно люди богатеют, случайно умирают. А может быть, я не прав, всё это не так?

— Рассказывайте, пожалуйста, я слушаю вас с интересом, — искренне произнёс Жюль, садясь на стул рядом с Блуа. — Что вы знаете о приготовлении духов?

— Это не столь интересно, — махнул рукой Блуа. — Духи — вещь глупая. Гораздо интереснее те составы, благодаря которым запах духов приобретает устойчивость, нежность, очарование. По совести говоря, духи есть просто спирт и эссенция, но некое количество капель укрепителя на одно ведро духов сообщает им аромат стойкий и — сказал бы я — убедительный. Скажем так: на ведро двадцать капель, не больше. Аромат держится пять-шесть лет. Какая чепуха, сосед! — весело рассмеялся Блуа. — Однако в Париже каждая третья женщина не может жить без духов, и ценятся те духи, запах которых держится дольше. Один флакон стоит три франка, другой, размером поменьше, двадцать пять. В чём дело? В том, что одни духи роза, а другие левкой? Ничего подобного, — в том, что…

— Страшно интересно, — прервал Жюль. — Всё, сообщённое вами, для меня новость. Я кое-что знаю по физике, географии, механике и, надеюсь, буду знать ещё больше, но ничего не знал про духи.

— Если хотите, это интересно, — согласился Блуа, — и я польщён, что вы…

— Зовите меня просто Жюль! Я очень молод, иногда мне кажется, что я прожил на свете не больше десяти лет. Мне всё ново, дорогой сосед!

— Зовите меня этим именем — сосед. Тогда я смогу называть вас просто по имени, — сердечно проговорил Блуа. — Ну, а теперь немножко о духах. Все эти укрепители — штука дорогая, и очень. Мой хозяин изыскивает способы продлить жизнь запаха до десяти лет. Капнуть на платье — и запах не умрёт ровно десять лет!

— Расскажите, какие есть укрепители, — попросил Жюль.

Блуа с полчаса знакомил его со всевозможными составами, рецепт которых каждый хозяин держит в секрете. Духи — это весьма серьёзная отрасль промышленности… Мужчинам — вино и табак, женщинам — шёлк и духи.

— И вот я нашёл свой укрепитель, — продолжал Блуа. — Нашёл! Отыскал способ недорогой и необычайно простой. Открытие моё случайно. Что мне делать дальше? Не знаю…

— Но вы уже нашли, — горячо сказал Жюль, — Значит, всё ясно и понятно!

— Всё непонятно, — покачал головой Блуа. — То, что я нашёл, всего лишь исходная точка. Я мало знаю, у меня нет специального образования. Эта лужица… я думаю, что какую-то роль играет здесь краска — та, которой покрыт пол. А сейчас я вспомнил, что на прошлой неделе я пролил чернила на том месте, где наша лужица. И я ничего не понимаю в этой химической ситуации. Необходимо, прежде всего, заняться исследованием анисовых капель.

— Вам помогут те, кто знает больше вас, — простодушно сказал Жюль.

Блуа рассмеялся.

— Помогут!.. Но они же и используют мою находку! Они же и похитят её! Как вы не понимаете этого! У себя на службе я попробовал сделать маленький опыт, — там под рукой всё, что нужно. Доверенное лицо моего хозяина, известный парфюмер-химик, стал наблюдать за мною, он кое-что заприметил, завертелся около меня, вдруг повысил моё жалованье… А ведь я простой лаборант… Я вылил в умывальник то, что мне удалось сделать по наитию. Пусть найдут сами. Но этот человек обозлился, — да, да, слушайте, что он сделал!

Блуа зажёг две свечи. Заблестела посуда на столе, корешки книг на полке. Темнее стало в углах комнаты.

— Он пришёл ко мне в лабораторию, — продолжал Блуа, — и велел немедленно сообщить сущность моей находки. «Я ничего не нашёл, — сказал я, — я простой лаборант, бывший учитель в Амьене, — что я мог найти!..» Мне не поверили. Мне дали неделю на обдумывание. Пригрозили увольнением. Хуже того…

— Они ничего не могут сделать, мой дорогой сосед! — с жаром проговорил Жюль, вскакивая со стула. — Я изучаю право, мне хорошо известны те статьи закона, которые…