***

Резкая головная боль пробудила Райто. Вампир медленно начал разлеплять веки, пытаясь осознать, что сейчас происходит. Парень двинул правой рукой, но неожиданно послышался скрип железа.

— Что за черт? — Райто взглянул на свою прикованную к кровати руку. Вампир был прикован всеми четырьмя конечностями железной цепью, а судя по губной помаде на торсе и стрингам вместо нормальной одежды: грубо говоря, изнасилован.

В голову пришли воспоминания о, ужине и коронная фраза: «Хочу извиниться за то, что совершила сейчас и за то, что предстоит в будущем».

— Ах, козочка, — усмехнулся вампир, — думаю, по сравнению с другими, мне еще слабо досталось.

Райто начал изворачиваться и пытаться выбраться, но ничего не получалось. Тогда, вампир резко дернул двумя руками, разрывая цепи где-то по середине, но не снимая их с кистей и так же сделал с ногами.

— Хорошо, хоть не пришлось с кроватью тащиться… — парень остановился у зеркала и начал осматривать себя. Из всей одежде на месте была только шляпа, а компенсацией служили стринги с большим мохнатым хвостом. — Мур, что ли… — Райто находился в одной из свободных комнат и чтобы переодеться, он должен был дойти до своей. Хотя, лично его самого это не волновало. Братья видели его в ситуациях и по хлеще.

Райто вышел в коридор и вальяжной походкой направился вперед.

Интересно, а что случилось с остальными?

Результат не заставил себя ждать. Вскоре, навстречу вампиру вышел его брат — Рейджи. Оба парня замерли в некотором смятении, осматривая друг друга.

— Пиздец, — описал одним словом красноволосый.

— Ага, — подтвердил Рейджи.

Вампир стоял в черном латексном костюме с перемотанной плеткой в руках и шипованном ошейнике. Но больше смущал не сам костюм, а золотой напиписьник одетый поверх него.

— Ты еще кого-нибудь видел?

— Нет, только проснулся.

— И я, — ответил Райто.

Коридор погрузился в молчание, но не от того, что закончились слова, а от того, что к парням присоединился большой плюшевый заяц, ставший с ними в одном кругу.

Райто плотно сжал зубы, скрывая смех, но розовый зайчик довольно печально опустил голову вниз.

— Ты кто? — Все-таки смог спросить Рейджи, видимо тоже стараясь сдержать смех.

— Канато, — тихо издалось из объемного костюма.

— А почему не сбросишь шкурку? — Не удержался Райто. — Одежду забрали?

— Нет, я пришит.

— Как пришит? — Хором спросили братья.

— Нитками, или еще чем-то. Я так и не понял, но изнутри пришит плотно… — голова зайца опустилась еще ниже. — Ненавижу ее…

— Я предупреждал вас, — усмехнулся Райто, а теперь всем влетело. Пошли искать остальных.

— Пойдем.

И отправилась троица: Лев, Заяц, да Мазохист, — по янтарной ковровой дорожке на второй этаж. Парни шли молча, каждый по своему оценивая карнавальный костюм другого и тихо добавляя про себя комментарии.

Неожиданно, на другом конце коридора они заметили постель из острых иголок, используемых в практиках медитации. А на нем Субару, в которого, было натыкано, еще больше иголок, как в куклу Вуду.

— Это уже перебор… — пробормотал Рейджи.

— А, что? Акупунктура широко востребована, как в Китае, так и по всему миру, — пожал плечами Райто.

— Что происходит? — Сонно пробормотал Субару, к которому сразу подошел Рейджи.

— Ты только не делай резких движений, иначе…

При виде костюма брата, глаза вампира расширились и, видимо, он подумал о чем-то другом.

— Что за ху*: @! А! — Субару сделал неудачное резкое движение от чего его шаткое положение усугубилось.

— Ну, вот, я же говорил… — недовольно пробубнил вампир.

Рейджи быстро схватил брата за руку и силком стащил с иголок, но воткнутые в его тело продолжали доставлять боль.

— Я ее убью, уничтожу!

— Ну, сначала найди… — усмехнулся Райто, вытащив иголку из тела Субару. — Думаю, месть штука сладкая.

Вампир бросил недовольный взгляд на брата и быстро пошел к лестнице, но еще находясь на самой верхней ступени, остановился.

— Что замер-то? — Недовольно спросил Рейджи, переводя взгляд вперед и медленно останавливаясь.

Поводом для остановки послужило тело вампира, подвешенное над потолком. Сакамаки Шу висел вниз головой со своим обычным — спокойным выражением лица.

— Почему его просто подвесили, а меня к костюму пришили? — Недовольно спросил Канато.