– Это ты про себя? – спросила Катя, продолжая показывать, как распределять продукты, чтобы приготовить на всех, при этом чтобы все были сыты, и ничего не осталось.

– Сейчас я посмотрю, не снят ли с довольствия не член…Так, тебя кормила Василиса, снять не успела, тебе повезло.

– Фух! – подумал я про себя. Хорошо, Катя не приняла шутку на свой счёт, только начал устанавливать контакт…

– А теперь, не член, пошли дальше. Здесь панель измерения расхода воды. Делаем вот так, потом вот так, - Катя вывела на экран таблицу. Видишь, получился дебет. Выравниваем показатели, чтобы у тебя в душе не пропала вода. Понял что-нибудь? – смотрит Катя на меня вопросительно. Я киваю, пытаясь разобраться, понял, или нет.

– Смотри, завтра я тебя поправлять не буду, сделаешь что не так, ребята побьют.

– Катя, неужели тебе совсем меня не жалко? – вырвалось у меня. Катя сморщилась, как будто откусила лимон.

– С какой стати мне тебя жалеть? – удивилась девочка, - Быть парой такого ничтожества! Мне все сочувствуют, что ты воскрес!

– Мне показалось, что ребята обрадовались моему появлению.

– Тебе показалось! Они были рады, что опять есть, над кем пошутить.

– Ты хотела сказать, «поиздеваться»? – Катя пожала плечами и отвернулась, переходя к следующему пульту: - Здесь учёт потреблённой энергии. Что-нибудь перепутаешь, и мы замёрзнем, или наоборот, будет жарко. Выводи все показатели сюда, здесь пожелания проживающих в каждой каюте, какую температуру воздуха они предпочитают.

– А что, нельзя в комнате регулировать?

– В комнате, само собой, только, если ты задашь отсюда минимум энергии, ниоткуда она не возьмётся, надеюсь, это понятно?

– Разве нельзя, чтобы это рассчитывал компьютер? – удивился я.

– Компьютер знает, что ему делать! – отрезала Катя, - Это детская станция, здесь положено обучаться, а не отдыхать! Скажи спасибо, что здесь есть роботы-уборщики. На Ганимеде – 15, нам приходилось полы мыть самим! Жаль, не могу тебя заставить это делать!

Я промолчал, делая вид, что очень заинтересовался видом из иллюминатора.

Вид был так себе: песчаные дюны красно-жёлтого цвета, дальше обзор закрывали округлые корпуса станции, из-за которых выглядывало какое-то огромное стеклянное сооружение, даже отсюда было видно, что до него очень далеко.

Вообще, станция для меня, как новичка и жителя начала 21 века, производила впечатление.

Центральная часть была похожа на приплюснутую сферу, опоясанную большими круглыми иллюминаторами, нижний край иллюминатора мне по пояс, размером примерно метр в диаметре. Здесь находилась кают-компания, рядом кухня – автомат, с меняющимся меню. 365 дней, 365 блюд, включая первые, вторые, завтраки, обеды и полдники. Ещё был вечерний чай.

Дальше располагались каюты экипажа. У старшей была отдельная каюта, совмещённая с кабинетом, у остальных двухместные, с санузлом, душевой кабинкой, кровати двухъярусные, диван, два стула, столик для занятий.

От центрального блока ответвлялись тоннели числом восемь, заканчивались они полусферами разного размера и назначения. Была энергосфера, изолятор, где я развлекался с Васей, оранжерея, биосфера протеиновая, биосфера растений. Насосная станция, качающая воду из скважины, Тамбур для выхода наружу, регенерационная сфера.

За всем этим присматривал дежурный, как объяснила Катя, чтобы мы учились управлять станцией в случае отказа главного корабельного искусственного разума.

– А эти виртуальные пульты? – поинтересовался я, - мы через них управляем компьютером? А если они не раскроются?

– Что не раскроется?

– Вот эти, виртуальные пульты? Здесь есть дублировка? Механические кнопки, рычаги?

– Когда не раскроются эти пульты, можно только одно: ждать спасателей, или спасаться самому.

Потому что это может произойти, если прекратилась подача энергии, то есть вышел из строя энергокомплекс. Тогда дублируй, не дублируй, результат один.

– Понятно, - глубокомысленно сказал я.

Обойдя все пульты и проверив, всё ли в порядке на станции, мы вернулись в кают-компанию.

Катя включила обзорный экран, который, казалось, повис посреди помещения. Создавалась иллюзия, что стена исчезла, и мы оказались снаружи.

Ребята раскапывали какое-то поселение. Каменные стены, сложенные из грубо отёсанных камней, кое-где с остатками штукатурки, были отрыты по пояс. Мальчишки наполняли носилки породой и куда-то относили её, девочки что-то расчищали кисточками и маленькими лопатками.

– Катя, объясни мне, что мы здесь делаем? – попросил я. Катя посмотрела на меня, как на насекомое: - Пфы! Ты даже этого не знаешь! Заморыш, замухрышка, да ещё тупой, как пробка! Ну вот зачем ты ожил?! Может, нас отправили бы в какое-нибудь другое место, повеселее. Есть такие планеты! – мечтательно закрыла она глаза.

– А всё же? – шмыгнул я носом. Катя открыла глаза и непонимающе посмотрела на меня.

– Ты ещё здесь? – состроила она гримасу отвращения. Катя помолчала и удостоила меня ответом: