— Это я, — вежливо и осторожно ответил синеволосый мальчик, кивнув в знак приветствия. — Здравствуйте, Максим Сахаров. А… что случилось? Меня снова хотят отправить на региональную работу по квантовой физике?

Юлии этот мальчик понравился сразу же. В отличие от извращенца Эса, Орфей был очень дружелюбным и милым, а также вежливым собеседником. Даже Элли перестала хмуриться и обратила внимание на мальчика.

«Проклятый мелкий скунс! Он увёл внимание моих баб!» — подумал Эс и надулся, обиженно скрестив руки на груди.

— Нет, я не за этим сюда приехал, — Макс посмотрел на остальных. — Эм… Можно как-то не при остальных поговорить?

— Хорошо, — сказал Орфей и махнул остальным, чтобы шли в класс без него. Потом посмотрел на Юлию с улыбкой и… осторожно поглядел на Элли. — Здравствуйте.

— Приветик, — мило улыбнулась ему Юлия.

— А со мной поздороваться не хочешь? — по-прежнему дулся Эс.

— Ой, извини. И тебе привет.

— Орфей, у меня к тебе будет особый разговор, — говорил Сахаров. — Давай я тебе сначала всё расскажу, а потом ты сам решишь, что делать дальше.

— Ну… хорошо, — с опаской кивнул Орфей.

Это было самое первое знакомство как между извращенцем и рыцарем, так и возлюбленной последнего. Уже тогда Эс и Орфей смотрели друг на друга соперническим взглядом, обещая по прибытию в «Луч» устроить настоящую драку. Один отстаивал своё право на развратную жизнь, а другой защищал чистоту и доблесть. Они никогда не одобряли интересов друг друга, но несмотря ни на что, в тяжёлых ситуациях протягивали руку помощи.

Но Орфей потерял бдительность, и этим воспользовался не до конца побеждённый бандит. Он без всяких слов схватил нож и всадил до конца в живот растерявшемуся мальчику, который тут же выпучил глаза, почувствовав инородный металл в организме. По металлу прокатились первые капли крови.

— Кха…

— ТВАРЬ! — Эс со злобой набросился на охотника, со всей дури ударив его в голову и отбросив от раненного Орфея.

Бандит кое-как поднялся и хотел пырнуть уже второго, однако Корт быстро защитился от ножа руками, отскочив назад. Эс тут же вытолкнул от груди правую ладонь, и телекинетическая вибрация врезалась в охотника. Бандит отлетел к периллам и, ударившись о них спиной, полетел вниз с огромной высоты.

На первом задании Орфея жёстко ранил один из бандитов, после чего озлобившийся Эс получил первую кровь противника. Несмотря на вражду с синеволосым, рыжик никогда не бросал его в беде и всегда вступался за него, если того требовала ситуация. И Орфей делал то же самое, если Эс влипал в очень сильные неприятности. В этот момент нахлынуло воспоминание о том, когда два друга-соперника сражались плечом к плечу, чтобы спасти Элли и Бёрна, а также защитить Юлию от натиска Обезьяны.

— Оставь Юльку в п-покое! — злился Эс, вытянув руку в сторону Обезьяны, но встать из-за сильной боли в теле не мог.

— Юля… б… б-беги… — тихо пискнул Орфей, держась за солнечное сплетение.

Кто-то их называл врагами, кто-то друзьями, а кому-то в кайф было обзывать этих двух задиристыми петухами. Исключительными были лишь Хог и Элли, которые часто в шутку бросали выражение: «Два сапога — пара!». Разные по интересам и характеру, они всё равно никогда не предавали друг друга и сражались до последнего, чтобы защищать тех, кто им дорог. Даже друг друга.

— ЮЛЯ! — Орфей подбежал к девочке и стал приводить её в чувство. — ЮЛЯ! ЮЛЕНЬКА, ОЧНИСЬ!

— Уф. Долго же вы, — болезненно выдохнул Семён, поднимаясь с помощью рыжика.

— Мы выжидали удобный момент для нападения, — виновато усмехнулся Эс, похлопав шатена по плечу. — Прости за задержку.

— Г… голова… болит… — тихо вымолвила Юлия, приходя в себя и поднимаясь на ноги благодаря синеволосому.

— Слава Богу, ты жива. Милая! Этот ублюдок… он… он тебя… АГР! Я ЕГО УНИЧТОЖУ!

— Чуваки, надо уходить, — помощник Сахарова поднял автомат и скривился от боли в сломанном пальце. — Бежим к гравимобилю!

Но никто никуда не убежал. Единственное воспоминание, которое Эс хотел бы забыть, а ещё лучше — исправить. Несмотря на неравенство в силах, Эс и Орфей дали жёсткий отпор наёмникам Грифу и Дронбалу, чтобы спасти Семёна и Юлию. Но к сожалению, первый из пострадавших погиб…

Как и сам Орфей, жестоко убитый Грифом.

По окровавленной щеке скатилась горячая слеза, а потом упала на землю и впиталась в неё. Душа устала сдерживать ту боль, которая зародилась в телекинетике с момента гибели Орфея. Каким бы он оптимистом не был, и как бы долго не враждовал с рыцарем, Эс никогда не считал Орфея лишним в команде «Серп», или врагом. Пусть и враждовали, но они были самыми настоящими друзьями. И появись возможность спасти Якера и предотвратить тот злосчастный момент, Корт сразу бы согласился. Друг! Лучший друг! Друг, которого можно было даже братом назвать. Друг, который был предрешён для схватки в будущем. Друг, который своим существованием зародил в беззаботном извращенце чувство долга, ответственности и отваги.

Друг, которого уже никто не сможет заменить. Даже те друзья, которые есть у Эса.

Утерев грязным кулаком слёзы, Корт выдохнул и сумел избежать спазмов в горле. Как бы то ни было, нужно продолжать жить, продолжать совершенствоваться и продолжать выживать в жестоком мире. Первоначально Эс пообещал, что вернётся в Россию и поможет любыми способами вытащить Юлию из глубочайшей депрессии. Затем сделает предложение Блейз, чтобы окончательно скрепить свою любовь с похожей по духу ему и создать собственную семью. При вступлении в «Луч» Эс говорил, что соберёт гарем — это можно было откидывать в сторону. Теперь Корт намеревался окончательно повязать с охотничьей жизнью и вернуться к прежней, человеческой, чтобы залечить душевные раны.