— А ты мне завидуешь, да? — с дебильной улыбкой хмыкнул Хог, стараясь разозлить наёмника. — Ну, конечно! Это же принцесска Смоги, которая мечтает о статном эрийце, ха-ха-ха. Фу быть таким, имбицил-олигофрен-аутист-придурок.

— Говори что хочешь. Мне всё равно.

— Да ладно? Я же вижу, что не всё равно — что-то больше, что-то меньше. Хе-хе! Эй, тупица! А ну-ка освободи меня! Я тебя изобью по-новой.

Наёмник фыркнул и отошёл к бетонной стене, после чего прижался к ней спиной и скрестил руки на груди. Волонтёр, конечно, смеялся и ухмылялся, но в душе он был сильно злой за то, что оппонент насильно удерживает его в будущем, не пуская обратно в настоящее и прошлое. Впрочем, Лимит искренне верил в то, что Элли одолеет Аврору, а уж прикончить Вармона ей не составит труда. Оставалось лишь надеяться на то, что синеволосая эрийка решит дождаться хэйтера, а не идти на прогулку в прошлом времени. Тогда уж он её точно не найдёт и потеряет.

После нескольких попыток выбраться, Хог устало вздохнул и помотал головой. Смог контролировал каменную руку, поэтому хэйтер не мог её разрушить. Нужно было как-то отвлечь наёмника, но как? Тот мог долго смотреть на волонтёра, не моргая ни разу, что злило юношу.

— Кхм… раз уж я тут надолго, то давай поболтаем, — предложил Хог, намереваясь загрузить оппонента словами, чтобы тот перестал контролировать теорию каменной руки.

— Хм. О чём предлагаешь болтать? — хмуро поинтересовался Смог.

— О всяком. Я буду вопросы левые кидать, а ты на них отвечай.

— Ну, кидай свои левые вопросы.

— Ха! Вопрос первый: почему ты ненавидишь и лимитеров, и эрийцев?

3. «Зелёный» Лимит сделал ясный взгляд, однако его совершенно не удивил подобный вопрос. Нетрудно было догадаться, что Элли рассказала своей команде о том, что принц-лимитериец обвинял во всём представителей враждебных друг другу семей: зелёную и красную.

— Эу, чего молчишь?

— А ты сам не понимаешь, почему я их ненавижу? — закрыв глаза, Смог словно задумался о чём-то своём. — Лимитериец — это ошибка природы, которую ненавидят все. Все смотрят злыми глазами, особенно лимитеры и эрийцы.

— Ну, знаешь ли, в твоей команде только лимитеры, — с ухмылкой напомнил Хог.

— Верно. Но Я и «Кощей» — две разные стороны. Это Дан и остальные заинтересованы в войне между лимитерами и эрийцами. Это их интересует лимитерийская власть.

Волонтёр присвистнул, после чего покачал головой. А ведь раньше он слышал другие слова, в которых Смог ясно указывал на то, что всеми способами желает получить власть, Замок Ярилы, эри-венерийскую принцессу, и, конечно же, полное господство. Что-то не сходилось в его словах.

— Хэй! Раз ты не поддерживаешь принципы своей команды, то зачем тогда ей помогаешь?

— Я не помогаю «Кощею». Вернее, являюсь официальным охотником этой команды, однако по-прежнему держусь одиночкой.

— Тогда чего ты хочешь? Если тебе самому не в кайф быть в наёмной группе, зачем тогда…

— Всё просто, — Смог приоткрыл изумрудные глаза, которые стали холодными. — Я мщу за своих родителей!

Хог приподнял брови, а потом очень сильно удивился, услышав такой ответ. Он ожидал что угодно: власть, жадность, богатство, сила, могущество и прочее-прочее. Но что-то в его словах никак не складывалось, посему хэйтер пришёл к выводу, что лимитериец не всё договаривает, скрывая что-то таинственное. Все охотники из союза «Тигр» умели заговаривать зубы, поскольку были наёмниками, а эти люди всегда прибегали к хитрости.

Но потом Хог посмотрел на глаза Смога и нахмурился. Наёмник чем-то напомнил ему Элли, у которой тоже была жажда мести. Однако здесь были очень большие отличия, отличающие Элли от Смога: если первая ненавидела лимитеров за то, что те убили его дедушку и бабушку, то второй ненавидел и лимитеров, и эрийцев за то, что те презирали его в детстве. Однако здесь причина крылась намного глубже, и хэйтер поневоле заинтересовался этим.

— Хе-х, твои родители, вообще-то, лимитер и эрийка, — решил напомнить Хог, чтобы посмотреть на реакцию своего двойника.

— Были, — с какой-то печалью промолвил Смог, после чего нахмурился. — Но теперь их нет. Мои родители были убиты алчностью проклятых лимитеров и эрийцев, которые не желали признавать новый союз, основанный на дружбе «зелёных» и «красных». Их презирали! А ты… — наёмник резко остыл, а потом выдохнул. — Короче, я мщу за родителей. Всё!

«Он что-то не договаривает мне», — подумал хэйтер.

— А расскажи-ка о своей семье. Интересно же послушать, как жил раньше будущий король Лимитерии.

Смог посмотрел на Хога, казалось бы, очень злым взглядом — даже скулы напряглись. Словно волонтёр задал ему реально тупой вопрос, на который наёмник не хотел отвечать. Но «фиолетовый» Лимит не отводил глаза в сторону, поэтому кое-что просёк в изумрудном взгляде — он был не столько злым, сколько… раздражённым.

— Отец Евпатий, мать Елена, я и… старшая сестра Ольга, — закрыл глаза Смог, чем удивил своего двойника.

— Ась? Я не ослышался? — опешил Хог. — У тебя… была сестра? Лимитерийка?