– На данный момент, - вставая, сказал Жан-Поль, - меня не особо волнуют сроки завершения книги. Просто, сделайте это до твоего отбытия в Лос-Анджелес, не попав в сводки желтой прессы, и я буду самым счастливым человеком на свете. Ты же все еще собираешься в Лос-Анджелес?

Истон сделал паузу. Конечно, он туда собирался. Почему нет? Опять же, оставить Нью-Йорк означало оставить Сатерлин. Оставить Лондон означало оставить Грейс, а он сомневался, что когда-нибудь снова этого захочет.

– Да, я собираюсь в Лос-Анджелес. Дело только в книге, Боннер, - произнес Зак.

– Продолжай это себе повторять, Истон, - сказал он, и, повернувшись, кинул своему подчиненному небольшую, запакованную коробочку, - кстати, тебе еще один подарок.

Поймав ее, Зак вздохнул. Его надоедливый коллега продолжал слать ему маленькие извращенные подарочки каждые несколько дней. Он открыл его с некой опаской, и, вынув содержимое, нахмурился. Изделия походили на серебряные, легковесные, висячие сережки-клипсы. Они едва ли выглядели элементами извращения. Может, горе-шутник дразнил его, намекая на трансвестизм? Положив сережки обратно в коробочку, Истон сунул ее в свой портфель, не зная, что с этим делать дальше. Отдаст их Норе, если они ей понравятся.

Достав ее контракт из верхнего ящика стола, он снова просмотрел бумаги, и, взяв ручку, подумал о том, чтобы его подписать. Зак мог завизировать его сейчас, но ничего не рассказать Сатерлин, а когда книга будет закончена, продемонстрировать ей, как искренне он в нее верил все это время. Учитывая его нежелание работать с ней в самом начале, это было небольшим преувеличением, но он знал, что Нора будет тронута.

Истон снова задумался о вопросе Боннера. Он же все еще собирался в Лос-Анджелес? В конце концов, должность шеф-редактора являлась той самой причиной, по которой он согласился на работу в ГИД. Зак сказал, что улетит, так он и сделает. Он сказал, что не подпишет контракт Сатерлин, пока не дочитает последнюю страницу, так он и сделает. А еще он сказал, что они не станут любовниками на время их сотрудничества, так оно и будет.

Сложив контракт с чистой совестью, Истон сунул его в свой портфель.

***

Мысли о Заке продолжали отвлекать Нору от переписывания. Ей до безумия хотелось доделать свои главы, и она понимала, что для их сегодняшних игр, у нее было слишком много работы. Опять же, ее чрезмерная занятость вовсе не означала, что ее редактор пребывал в абсолютной недосягаемости. Нора взяла трубку, и после одного звонка, раздобыла нужный ей номер телефона. Он прозвонил дважды, прежде чем ответил взволнованный голос.

– Да, алло, - произнесла девушка на том конце линии.

– Здравствуй, маленькая птичка. Угадай, кто звонит?

Нора улыбнулась, услышав, как ее собеседница ахнула. При выборе женщин для своего окружения, Кингсли неизменно проявлял фантастический вкус. Его никогда не волновали их финансовые возможности для оплаты членства в клубе, при условии, что они могли возмещать иначе. И все, без исключения, его фаворитки обладали крайне полезными талантами, как в спальне, так и за ее пределами.

– Я же говорила, что запомню твое имя, Робин. Кинг рассказал мне о твоей основной работе. Сегодня у тебя найдется час или два, чтобы оказать мне услугу? Я очень хорошо оплачу.

– Для вас, что угодно, Госпожа.

Оставив девушке свои инструкции, и прервав вызов, Нора отодвинула мысли о Заке куда подальше, и вернулась к переписыванию.

***

Истон глянул на время – было почти полшестого. Последние два часа, он провел за телефонными переговорами со своим будущим ассистентом из офиса на западном побережье. Они обсуждали грядущую работу, когда Мэри сообщила ему о посетителе.

– Войдите.

К нему в кабинет вошла незнакомая, молодая девушка, с большой хозяйственной сумкой, вкатив столик на колесиках.

– Мистер Истон? Рада снова вас видеть, - сказала она.

– Мы знакомы? – спросил Зак, поднимаясь с места.

– Да. Я Робин. Мы виделись вчера вечером.

– Конечно, в…

– В клубе.

Она перебила его, прежде чем он произнес название "Восьмого Круга".

Истон узнал девушку. Без ее облачения, с распущенными волосами, и в очках в стиле ретро, она выглядела совершенно непохожей на ту, вызывающую поклонницу в узком костюме.

– Точно. В клубе. Что я могу для вас сделать?

Повернувшись, она закрыла, затем замкнула дверь кабинета.

– Снять свою одежду, мистер Истон.

Через полтора часа, закрыв за Робин дверь, Зак обмяк в своем кресле. Он был рад, что она явилась под конец рабочего дня, когда практически все ушли. Поначалу Истон сомневался, но профессиональный массаж был подарком, от которого невозможно было отказаться. У девушки были волшебные руки, и она провела больше часа, прорабатывая каждый напряженный участок всего его тела. Его мышцы ощущались такими же свободными, как морской анемон. За организацию этого массажа, он был обязан Сатерлин огромным "спасибо". Поскольку, Норе пока не позволялось трогать его самой, она, по всей видимости, решила найти обходной путь, и она его нашла. Потянувшись, Истон наслаждался тем, насколько спокойным и умиротворенным он себя чувствовал. Прошло, минимум, полтора года, с тех пор, как он хотя бы, приблизительно, так же расслаблялся.