В шатре кроме Изяслава находились Святослав с черниговским воеводой Перенегом и все киевские воеводы. Речь держал воевода Коснячко:

–  Дивлюсь я малодушию иных мужей именитых, ратный дух свой теряют, в приметы веря и в разные глупые предсказания выживших из ума старцев…

Святослав подвинулся, и Всеволод сел рядом с ним на скамью.

–  Слушай, брат, как боярин нас костит, - усмехнулся Святослав.

Коснячко между тем продолжал еще более вдохновенно, видя молчаливое одобрение на лице Изяслава:

–  На войне кто первый начал, за того и удача, а в темноте ворога напугать сподручнее. Иль не благословил нас на победу митрополит Георгий? Иль не окропил он знамена наши святой водой? А потому не оставит нас Господь в трудный час! До поганых полторы версты, а мы спать завалимся?! А коль уйдут нехристи с рассветом?..

–  И впрямь, - подхватил Изяслав, - коль упустим поганых, не стыдно ли нам будет, братья?

–  Не верю я, что все войско половецкое перед нами, - раздраженно произнес Всеволод, - угодим в засаду, пропадем все зараз.

–  Да лучше пропасть, чем терпеть злую напасть!
– вспылил Изяслав.

–  Тихо, братья, - поднял руку Святослав.
– Тихо! Эдак вы за мечи схватитесь.

–  Мое слово таково, - сверкнул очами Изяслав, - я веду свою дружину на поганых, а вы тут молитесь, чтоб Господь прислал вам в подмогу ангелов небесных! Коснячко, поднимай войско! Да только тихо.

–  Ну вот и договорились, - мрачно промолвил Святослав и положил ладонь Перенегу на плечо.
– Что ж, буди черниговцев, боярин.

Всеволод встал, собираясь уходить.

–  Ты с нами, брат?
– окликнул его Святослав.

–  А куда вы без меня!
– огрызнулся тот.

…Ночь укутала землю темным саваном, и только вдали за рекой светилось зарево от половецких костров. Молодая луна проглянула из-за туч, коснулась своими холодными лучами железнобоких всадников, переходящих вброд обмелевшую речку, зажгла тусклые огоньки на остриях тяжелых копий, на металлических бляхах щитов. Дружины двигались в глубоком молчании, лишь плескалась вода под копытами коней да шелестели кусты, через которые продирались дружинники на противоположном берегу.

Сразу за Альтой расстилалась равнина. Киевский конный полк первым переправился через реку и заканчивал боевое построение, когда справа от него заняла место черниговская дружина, а слева - переяславцы и торки.

–  Ну скоро они там разберутся, кому где стоять!
– злился на нерасторопных киевлян Святослав.
– Не войско, а стадо баранов! Воибор, скачи, поторопи Изяслава.

Дружинник пришпорил коня и скрылся во мраке.

Черниговская конница стояла, вытянувшись в четыре линии по шестьсот конников в каждой. Святослав и его сыновья находились в первой линии. Роман вполголоса поругивал своего жеребца, которому не стоялось на месте. Давыд был непроницаемо молчалив.

Где-то пропела ночная птица.

«Коль пропоет еще раз - мы победим!» - загадал Олег, похлопывая по теплой шее своего гнедого.

Птица вновь пропела и позже еще раз. Сердце Олега наполнилось трепетной радостью.

Прискакал назад Воибор.

–  Не нашел я князя!
– выкрикнул он, осадив коня.
– У киевлян всем заправляет воевода Коснячко. Молвит, пора начинать.

Святослав привстал на стременах, оборачиваясь на своих дружинников.

–  Ну, братья, нам первым мечи окропить, - громко сказал князь.
– С Богом, вперед!

Княжеский меч хищно лязгнул, вырываясь из тесных ножен на волю.

Русичи погнали коней к сиявшему впереди зареву. Грозный нарастающий топот множества коней разнесся над притихшей степью. Почти одновременно с черниговцами пошла на врага переяславская и торческая конница. Киевская дружина замешкалась и приотстала.

Несколько минут стремительной скачки, и вот он - половецкий лагерь. Между шатрами не было видно ни одного человека, лишь горели по всему стану многочисленные костры.

Черниговцы и переяславцы с двух сторон ворвались во вражеский лагерь.

Дружинники бросились грабить половецкие шатры, потрошили крытые повозки. Отовсюду доносились возбужденные голоса и смех. Вскоре подоспели киевляне.

Князья собрались на совет.

–  Протянули козла за хвост!
– негодовал Изяслав.
– Упустили поганых!

Святославу и Всеволоду возразить было нечего.

–  Недавно они ушли отсюда, меньше часа назад, - сказал Всеволод.
– Может, еще успеем догнать.

–  А мне кажется, неспроста все это, - проворчал Святослав.
– Не иначе, замыслили что-то поганые.