Блэквелл стоит, оцепенев от ужаса, но потом ему удается взять себя в руки.

— Больной ублюдок, — бормочет он, потирая подбородок рукой. — Эйвери решил испробовать препарат на себе... Не знал, что он настолько одержим смертью. Как давно он принял лекарство?

— Примерно три часа назад.

Блэквелл подсчитывает в уме.

— Прекрасно, — произносит он. — Значит, у нас еще больше времени, не так ли? Продолжай, О'Доннелл. Ты говорил...

Охранник заканчивает свой рассказ.

— Когда мистер Грейвз готовил ингредиенты для препарата, он порезал ей руку и добавил в образец её кровь.

В глазах мистера Блэквелла загорается огонек.

— Ага! А вот и волшебный ингредиент. Грейвз упоминал, что одна из составляющих эликсира настолько редка, что придётся найти ей искусственную замену. Значит, это её кровь. И что же в тебе такого особенного, что больше никто из клана не может заменить эту составляющую?

Я прищуриваюсь, но не говорю ни слова.

Блэквелл не обращает внимания на мою немногословность.

— Вот почему Грейвз настаивал, чтобы ему привели Джуно. Ведь формула не будет работать без этого важного компонента! — смеется Блэквелл.

— Полагаю, вы не знаете, как самостоятельно приготовить Амрит? — спрашивает у меня Эйвери.

— Нет, — откровенно лгу я. — Этим всегда занимался Уит.

Блэквелл согласно кивает.

— Так я и думал. Что ж, придётся тебе за ним вернуться, — продолжает Блэквелл, нетерпеливо поглядывая на О'Доннелла.

— Что? — неуверенно переспрашивает О'Доннелл. — Вы сказали, что вам нужна девчонка. И заверили, что возьмёте меня с собой. Я не могу вернуться без неё.

— Да кто это заметит? — отвечает Блэквелл. — Эйвери же без сознания.

— Мой босс присматривает за мистером Грейвзом. Мы двое должны были следить за ними, пока Блэквелл не очнётся. Он не позволит мне появиться там без Джуно и забрать другого заложника.

— Тогда, полагаю, придётся тебе применить силу, — беспечно пожимает плечами Блэквелл.

Почувствовав замешательство О'Доннелла, я снова пытаюсь вырваться из его хватки. Никакого эффекта. В ответ он лишь раздражённо хмыкает:

— Могу я надеть на нее наручники?

— Конечно, — отвечает Блэквелл.

О'Доннелл убирает одну руку, и через мгновение я чувствую, как холодный металл касается кожи на моих запястьях, теперь мои руки сцеплены за спиной. О'Доннелл встает сбоку, крепко держа меня за плечо.

— В казарме около ранчо двадцать пять очень хорошо вооружённых мужчин, — поясняет он. — Если мой босс их позовёт, две дюжины человек будут охотиться за нами с Уитом уже через минуту.

— Ну, мы же не хотим поднимать шум, — раздражённо замечает Блэквелл. — Может, мне пойти вместе с тобой и поговорить с твоим коллегой? Думаю, он согласится на сделку на тех же условиях, что мы предложили тебе.

— А кто бы не согласился? — в глазах О'Доннелла читается облегчение.

Интересно, сколько мистер Блэквелл заплатил ему за работу двойного агента?

— А если кто-то увидит, как мы идём...

— То ты просто скажешь, что я гость мистера Эйвери, приехавший поохотиться. Никто в этом не усомнится.

О'Доннелл обдумывает его слова и наконец согласно кивает.

— Оставите её в самолёте? — спрашивает он.

— Эту юную леди я не оставлю без присмотра даже на мгновение, — отвечает Блэквелл, взглянув на меня. — По крайней мере, пока не получу от неё то, что хочу. Она такая вёрткая, что я не могу доверить её никому другому.

Блэквелл поворачивается к самолёту и жестом подзывает двоих мужчин, те моментально спускаются по ступенькам, подходят и ждут дальнейших указаний. Затем они проходят мимо нас и забираются в машину.

— Но... — ошеломлённо произносит О'Доннелл. — Что они делают?

— Едут с нами, — отвечает Блэквелл. — Только не говори, что клиенты Эйвери никогда не привозят с собой личную охрану.

— Привозят, иногда они даже едут с нами на охоту, — отзывается О'Доннелл.

— Тогда едем, — быстро говорит Блэквелл. И идет к машине, пристроившись позади меня и О'Доннелла, ведущего меня за руку.

Клану потребовалась всего лишь пара минут, чтобы собраться. Главный здесь, похоже, отец Джуно, но и ему ничего не надо было делать. Такое ощущение, что эти люди готовились к экстренной эвакуации всю свою жизнь.

Уже через несколько минут все дети были разбужены, одеты и выведены из хижин. Их около десяти, и каждого сопровождает один из родителей. Таким образом, людей, которых Талли предстоит перевезти на грузовике, становится семнадцать.