Нэстэ даже заскучала под конец пути. За все время полудневного перехода по Бездне, к оружию ей пришлось прибегнуть только раз. И то, уже на выходе из Бездны, когда караван встал лагерем перед Расколом, пропускающим по одному разумному. А ведь были еще вещи и снаряжение. Ожидание своей очереди затянулось на долгих три часа, в течение которых Нэстэ должна была прикрывать их маленький лагерь во внешнем периметре. Ближний периметр был перекрыт смешанным отрядом из охотников и наемников людей. Тогда увлекшиеся разборкой со стайкой мелких тварей, братья пропустили пару крупных змей. И Нэстэ пришлось вмешаться лично.

Выход из памятной пещеры совсем не походил на то, что когда-то увидели Сианарилан и его два подчиненных. Проход от полости с Расколом к чистому небу был расширен. Вдоль его стен в полу пробиты небольшие канавки, по которым стекали грунтовые воды. Пол выровняли и приспособили под колесный транспорт. Элфиане спешили решить более насущные для себя проблемы и глайдеры в их число не входили.

За месяцы, что прошли с разведочной экспедиции, местность перед входом успели благоустроить. Теперь среди деревьев разместилось несколько одноэтажных домиков. От входа в сторону леса тянулись утрамбованные дорожки, как раз такой ширины, что бы можно было разъехаться двум колесным тележками. Нэстэ знала, что внизу, в часе пешего хода по лесу, на одной из ближайших полян оборудован перевалочный лагерь. А заодно филиал больницы. Расселение первых поселенцев начиналось именно оттуда.

Из указанных Нэстэ Расколов, для организации массового переселения подошло ещё три. В том числе и тот, что был на другом континенте. Ещё два элфиане нашли сами. Сопровождение караванов там обеспечивали специально нанятые отряды охотников.

Но этот Раскол, оставался самым удобным. Он начинался с Раскола, расположенном в старом мире элыиан. Здесь тоже был их отрядов. Но при формировании крупных караванов численностью в несколько сотен человек, элфиане упорно вызывали Нэстэ. И были готовы даже ждать, если она не успевала прийти.

Дальнейший поиск новых точек переселения был пока приостановлен. За два месяца, крылатые разумные все же столкнулись с тяжелыми мирами и потеряли в них несколько разведчиков. Для расы, оказавшейся на грани вымирания, потеря даже нескольких здоровых членов была признана неоправданной. И все работы сейчас сосредоточились на эвакуации сородичей из остальных Объединенных миров.

Нэстэ вышла, как водится, в числе последней партии. В Бездне оставались группы отставших под прикрытием все тех же охотников. Она легко обогнала уставших попутчиков, вышла на поверхность и замерла чуть в сторонке от дорожки в ожидании встречи.

Мимо нее проходила вереница возбужденных элфиан, наконец-то закончивших свое путешествие.

В этих караванах всегда было много больных. В том числе и тех, кто не мог уже ходить в обычных мирах. В бездне для них были организованы специальных тележки. Накопители не могли обеспечить работу силовых движителей. Зато через раскол можно пронести древние двигатели, работающие ещё на ископаемом топливе. Как и само топливо. Это стало даже ещё один фактором, по которому этот проход сильно выигрывал пред всеми остальными. Все, что тут потребовалось, это прорубить просеку на маршруте и расчистить проход для колесного транспорта в лесу, растущем на ровной как стол поверхности мира Бездны. В планах у переселенцев была организация целого силового тоннеля с питанием сразу от двух Расколов. Но на это катастрофически не хватало времени. Раса элфиан неумолимо сокращалась , причем пугающими темпами. И они любой ценой рвались в свой новый мир.

Нэстэ вернула улыбку маленькой девочке, лежащей на тележке, выехавшей из пещеры. Они познакомились перед самым переходом в Бездну. Насколько Нэстэ поняла из объяснений подошедшей тогда матери, девочка была рождена в одном из миров кашьяти и никогда в жизни не бывала в легком мире. Она относилась к числу тех детей, которые вообще не знали, что такое свободный полет. Чужой тяжелый мир вместе с неподходящей атмосферой добавили в жизнь этой семьи еще одну болезнь, поражавшую беженцев в некоторых мирах. Ставшие слишком хрупкими кости не желали держать дополнительную нагрузку. Чужая гравитация не только приковала её к земле, но и ломала неуспевающие правильно формироваться во время роста кости. И процесс срастания переломов с каждым годом становился все тяжелее. Девочка провела в медицинском экзоскелете большую часть своей жизни, и наверно даже не помнила времени, когда у нее что-нибудь не было сломано.

Шанс на новый мир для малышки пришел в момент, когда пятилетнее тело из-за возрастающих доз лекарств почти отказалось бороться за жизнь. Врачи не были уверены, что она выдержит даже эту короткую дорогу в Бездне, но не давали и гарантии, что смогут подготовить ее к следующему каравану даже в условиях больницы родного мира. А старейшины не давали добро на включение девочки в караван без согласия врачей. В числе приоритетов были элфы, имеющие более высокие шансы на выздоровление.

Мать рассказывала о своей беде, стоя перед Нэстэ и не поднимая глаз. Она даже не настаивала на чем-то, прекрасно понимая, сколько проблем проводник каравана взвалит на себя. Все же ее дочь должна будет задерживать и без того едва плетущийся караван. Но Нэстэ была единственной, с кем совет старейшин не будет спорить. Даже замерший рядом командир охотников из хорнов, в том разговоре старательно отводил глаза и воздерживался от комментариев.

– ... позволь хоть попытаться пройти с караваном.
– Просила элфианка и все время поправляла одеяло на лежащей в кресле экзоскелета девочке.
– Нам больше ничего не нужно.

Живые глазки малышки весело поблескивали от туда и с любопытством осматривая девочку-проводника. Заметив, что Нэстэ смотрит на нее, она вместо того, что бы смутиться, весело улыбнулась.

– Но с той стороны пока гораздо меньше возможностей для лечения чем здесь.
– Растерянно пыталась объяснить Нэстэ матери и невольно улыбнулась в ответ.