– Вор, хитрый, неуловимый, облечённый доверием вор. Он от души пользовался тем, что лэр-чей в королевстве катастрофическая нехватка.

– Ну это вы зря. Если бы вы были правы, то его уличили по отчётам, - гаргулья "не верила" профессионально. Она тоже "завелась" и приняла вид, как будто лично её оскорбляют, и кто? Ничего не понимающий вояка! Да как можно?

Лэр наполнился негодованием, но видимо осторожность или воспитание, в зависимости от его причастности к делу, взяли верх, и он попробовал молчать. Тогда Гаруня подлила масла в огонь.

– Я слышала, что уважаемому лэр-чу Вирасу воздадут почести, назначат пенсию его дочерям, - краем глаза гаргулья наблюдала за воином и потихоньку добавляла отсебятину, - кое-кто даже хочет в памятнике его увековечить, героя нашего.

"Есть. Добила!"

– Мерзавцу посмертную пенсию! Памятник? Если б я мог как он виртуозно владеть цифрами, то доказал бы что лэр-ч мерзавец, такой же враг, как твари изнанки! И помощник его такой же. Две ягоды с одного куста, помёт шерха.

– У честных людей всегда найдутся завистники и окутают их злословием!
– обижаясь, воскликнула гаргулья, - хоть один пример, дайте факт, негоже разбрасываться словами без доказательно.

– Если бы он не был вёртким и скользким, - с отчаянием произнес мужчина.
– Но я знаю, что парадная форма шьётся для выпускников из обычного материала, хотя король выдаёт деньги на арахнидовую ткань. Мелочь, скажете вы, ведь никто не воюет в красивой форме, и её защитные свойства ни к чему, подумаешь подменил! А то, что несколько лет назад выпускники, перед тем как разъехаться на места службы, празднуя в пригородной таверне свои направления, попали в разрыв пространства и ткань, призванная сдерживать первые удары, дарящая несколько секунд, для осознания ситуации, не помогла! Потому что была не арахнидовой, а подделкой! Выданные выпускникам артефакты оказались едва наполнены, только лишь для того, чтобы показать, что в них что-то есть!
– рычал Роюзл.
– Золотые украшения, чем гордятся лэры-выпускники не из нитей гусениц золотопрядок, помогающих быстрее формировать заклинания, а простая нить, вымоченная в золоте при помощи огневика. Застёжки-липучки расчитанные не на тысячу раз, а всего лишь на сотню. Сапоги из измельчённой и спрессованной кожи нечисти, а не из цельной. В школах, что курировал уважаемый лэр-ч, обучались на давно устаревших кристаллах, экономили на оружии, на униформе, на питании. Сколько жалоб было написано, пока его жадные руки не убрали от них. Так он здесь отрывается, только хитрее и ловчее стал. Завёл себе покровителей, не отступает от требований, а качество не каждый маг проверить сможет. Знаете, какую обувь он приготовил нашим лэр-вам?

– Какую?

– О, она пошита в соседнем королевстве, так сказано в документах, из редкой кожи пригодной для любой непогоды. Стоимость баснословная, но король не жалеет денег на лучших воинов.

– И в чём подвох, кроме того, что пошита местными?

– Дорогуша, в соседнем королевстве, каждый шов, это защитная магия. Там только в одном селении женщины владеют магией рукоделия, причем почти простые крестьянки. Колдовать не умеют, а шьют артефакты! А здесь это просто дорогая обувка и поди докажи, что фальшивка, пока в бой не попадёшь!

– Но как же вы узнали?

– Сколько лет здесь занимаюсь с выпускниками, сколько повидал, многие пишут мне с мест служб, так и узнаю, что некоторым "не повезло" с формой. Только это они думают, что им не повезло, а я знаю, что целым выпускам не везёт, год за годом. Горько сказать, что многие уже думают, что форма так и задумана, красивая, но без магического прикрытия.

– Но подкараулить и устроить проверку можно было?

– За устройство такой проверки меня и разжаловали. Всё у него в порядке, когда пришли на склад, те, кто мог отличить подделку от настоящего. Докапываться с инспекцией не стали, мол нечего позорить лэр-ча, к тому же нашлись заступники.

Гаргулья была довольна собой, что сумела разговорить симпатичного лэра, но его было так жалко! Чувствовалось в нем неподдельное горе, надрыв во всей этой истории. А Роюзл резко встал, кивком попрощался и ушёл. Тайный хитроумный допрос заподозренного Хавроньей мага оборвался.

– Ну и что ты меня привела к нему?
– тихо спросила Гаруня.

Свинья выпучила глаза и по всей видимости это должно было означать "это ОН".

– Между прочим он маг и похоже порядочный человек.

Хавронья сделала вращение глазами и вариантов перевода возникло множество. От "одно другому не мешает" до "попало что-то в глаз". Гаргулья чувствуя себя ответственной за хрюшку, наклонилась и кончиком шарфика протёрла уголки изумлённых глазок свиньи. Та замерла. "Значит, первое", подумала Гаруня.

– Пойдём-ка уже домой. Нам сегодня ещё Шарика встречать, - устало произнесла опекунша Хавроньи.
– А ещё знаешь, нам бы надо подсобрать сплетни об этом Роюзле. Семья, где служил, в каких скандалах участвовал. В книжках именно в прошлом подозреваемых хранились мотивы, - конец фразы гаргулья проговаривала всё медленнее и тише. Уже дома, она пожаловать.

– Знаешь Хавронья, как только о себе думаю, так мысли все расплываются, словно пугливая стайка рыб.

Свинья устраиваясь полежать, приготовилась слушать дальше, но гаргулья что-то сосредоточенно искала в помещении. Когда вошёл Алеш, уточнить детали ночной операции, она спросила.

– Золотце, напиши что-нибудь здесь.

– Что Гаруня?

– Хотя бы имя.

Ничего не спрашивая, Алеш взял приготовленный чистый лист и написал "Доброй ночи". Гаргулья сникла на миг, но тут же потребовала.

– Алеш, нам нужен букварь!

– Зачем?

– Как зачем? У нас Хавронья безграмотная и на службе находится, вот где позор!

– Так ты учить её грамотности будешь? Не знаю, осилит ли она.

– Нет, учить будешь ты, а я буду проверять и помогать.

Тут до лэр-ва словно что-то дошло, и он посмотрев на своих подопечных твёрдо пообещал.