Глава 51

– В каждой перемене, даже самой желанной, есть своя грусть: ибо то, с чем мы расстаёмся, есть часть нас самих. Нужно умереть для одной жизни, чтобы войти в другую.

Анатоль Франс

– Мисс Николс, мы почти в Пало-Альто.
– Голос Грейс проник в сон Клэр, вторя шуму двигателя.
– Мисс Николс, пожалуйста, приведите спинку вашего кресла в вертикальное положение.

Клэр открыла глаза и увидела роскошный интерьер частного самолёта Тони и миловидного второго пилота, который стоял перед ней. Осознав, что проспала весь полёт, Клэр медленно подчинилась. Она кивнула Грейс, затем нажала на соответствующие кнопки и перевела своё откидное кресло в положение сидя. И правда, ни одно место на коммерческом рейсе, даже в первом классе, не могло предоставить удобство и покой, которыми только что наслаждалась Клэр в течение более четырёх часов.

Вместе с пробуждением, пришёл и голод. Ранее в полдень она насладилась одним из самых своих излюбленных блюд: сёмгой на гриле, спаржей, салатом и красным картофелем. И с учётом того, что Тони заявил, что он не запрашивал столь восхитительного меню, они оба подозревали, что это расстаралась Кэтрин. Тем не менее, когда Клэр перевела свои часы на Тихоокеанское время, она поняла, что обед был более пяти часов назад. Размышляя о том, что ждёт впереди, она задалась вопросом: то, как сжимается её желудок, было из-за голода или же от мыслей о предстоящей беседы с Гарри и от её планов на предстоящую поездку утром в следующую пятницу.

Клэр хотела поговорить с Гарри, хотела быть честной и объяснить ему свои мысли. Проблема была в самом плане – Клэр не имела ни малейшего представления о своих собственных мыслях. Гарри заслуживал честности; она совсем не была уверена, что под этим подразумевается. Она на самом деле никогда не хотела обманывать его – он ей нравился. Возможно, никто ей не поверит, но до самого последнего момента, она никогда и не ожидала, что даже рассмотрит вариант того, чтобы позволить Тони вернуться в её жизнь. Даже сейчас, она не понимала, является ли их спектакль игрой или торжеством настоящих чувств.

С момента, как Тони оставил её в тюрьме в Айове, она думала, что они уже пройденный этап. Если бы это было не так, проводила бы она часы за часами с Мередит Бэнкс, вспоминая о некоторых самых ужасных моментах из своей жизни? Проводила бы она день за днём изучая историю семьи Тони? Нет, нет, она не стала бы этого делать.

И когда он шантажировал её на вечере, у неё не было намерений к настоящему примирению. Всё это было притворством. Но… Клэр должна признать, были моменты… вспышки чувств. Она пыталась игнорировать их. К несчастью, пресса поступала наоборот. Гарри был прав насчет некоторых фотографий; Клэр была не такой хорошей актрисой. Тот взгляд в её глазах не мог быть поддельным. Всё же, это не значило, что она хотела воссоединения. Что ж, не до того момента… как появились маленький голубой плюс и пульсирующее чёрное пятнышко.

Если Клэр позволила бы себе каким-то образом отпустить грехи Тони в прошлое и заглянуть в человека, который заявил, что никогда не переставал любить, она смогла бы увидеть его хорошую сторону. Она смогла бы увидеть то, что Кэтрин хотела, чтобы она увидела - он пытался.

Когда самолёт пошёл на снижение, Клэр всячески старалась справиться со своими мыслями о свадебном портрете. Тони оставил её в одиночестве в тюрьме, а сам смотрел на её изображение каждую ночь, висящее над его камином. В этом не было смысла. И когда она заметила это, он казался удивлённым, было очевидно, что он привык к его присутствию. Она попыталась понять, что он и Кэтрин старались объяснить. Тони сказал, что сделал то, что сделал, для того, чтобы спасти её – от него. Кэтрин объяснила, что он дал два обещания: он попытался сдержать одно, чтобы выполнить и второе. Было ли это той лазейкой, о которой он упоминал? В Сан-Франциско, после вечера, Тони напомнил Клэр о своём обещании любить её вечно, которое он сделал перед лицом семьи и друзей. Клэр необходимо узнать подробности его другого обещания и уточнить, кому он его дал. Был ли это его дед, как она подозревала, или же женщина на голубой «Хонде»?

Клэр прикрыла глаза и стала думать о недавней информации от Брента: Бёрк, то же самое имя, что и у офицера по вопросам ценных бумаг. Мог ли Тони проделывать те же самые вещи с кем-нибудь ещё – то же самое, что он проделал с ней? Клэр знала одну вещь наверняка: никого другого не было в её комнате.

Не задолжала ли она самой себе или их ребёнку, чтобы дать этому примирению шанс? Каким образом она могла донести это всё до Гарри? Он знал правду обо всех проявлениях Тони в прошлом. Той ночью после торжества Гарри был расстроен и произнёс много обидных вещей. Несмотря на это, Клэр сомневалась, что он мог бы относиться к кому-либо так же, как он относился к ней в самом начале. Как она могла бы заставить кого-либо понять, что она добровольно выбирает Тони, а не Гарри?

Когда самолёт остановился на взлётной полосе, Клэр поднялась с места. Её желудок сжался от ожидания их разговора. Внезапно, она вспомнила о второй части её недели – Джон и Эмили приезжают завтра. Если предстоящий разговор с Гарри будет трудным, то разговор с семьёй будет просто невозможным. Чувствуя головокружение, Клэр присела, откинувшись на роскошное кресло, и закрыла глаза.

– Мисс Николс, с вами всё в порядке? Вы очень бледны.

Клэр посмотрела на озабоченное выражение лица Грейс.

– Думаю, я просто слишком быстро встала.

– Да, мэм. Мы вынесем ваш багаж через несколько минут.

– Спасибо, - произнесла Клэр, когда дверь начала открываться. Оставаясь сидеть, она сделала глоток свежего воздуха и вернула айфон в режим нормального функционирования. Пришло три сообщения. Первое было от Тони, отправленное сразу же, как она вылетела из Айовы:

О, НО КАК ЖЕ МНЕ НРАВИТСЯ, КОГДА ТЫ КОНКРЕТИЗИРУЕШЬ!

Цвет быстро вернулся к её щекам.

Второе было получено только несколько минут назад: