Джо миновал кухню и остановился перед узкой металлической дверью туалета. Она была заперта, а в маленьком окошке виднелась надпись «Занято» – щеколда задвинута до упора. Джо сделал глубокий вдох и оглянулся через плечо. Те, кто спал, уже просыпались, потягивались, готовясь к прибытию в аэропорт Ламберт. Азиатка-стюардесса с резкими чертами лица собирала пустую посуду.

Повернувшись снова к двери, Джо приготовился, извлекая из памяти прошлые эксцессы Уилларда. Этот тип был без тормозов. Настолько без тормозов, что пронес в парижский ночной клуб привязанный к животу пластит с детонирующим шнуром, настолько без тормозов, что подложил в семейный джип одного из лидеров ирландской партии Шин Фейн столько взрывчатки, что можно было снести целый город, настолько без тормозов, что спалил целый класс школьников-протестантов, только чтобы убрать учителя. Уиллард был способен на все, и Джо был уверен, что он, не задумываясь, пойдет на взрыв пассажирского самолета ради устранения одного ирландца, пусть даже это означает самоубийство. Черт возьми, Уиллард даже предпочтет участь мученика за идею, а призовую сумму отошлет в распоряжение военной организации ИРА со своими лучшими пожеланиями. И единственный способ разрушить планы Уилларда – сняться с тормозов самому.

Джо смотрел на защелку – табличку с надписью «Занято».

Уже недолго осталось ждать, чтобы дверь открылась, и Джо будет готов. Готов ворваться внутрь. Готов захватить мистера Сумасшедшего Бомбиста врасплох. Внезапность была сейчас единственным оружием Джо. Внезапность это необъезженная лошадь, которая храпит и фыркает, но если ты знаешь, как ее укротить, ты на ней проедешься.

Джо все смотрел на табличку «Занято» и ждал. Ладони стали горячими и влажными.

Он видел в уме все, что произойдет, как в замедленном показе в спортивной передаче. Джо видел затаившегося в тесном сортире террориста, как он возится с каким-то замаскированным оружием. А вот он сам налетает на гада, бьет кулаком в трахею, сбивает на пол ударами ног по ногам. Джо видел свою победу. Как это бывает у профессионалов. Как Майкл Джордан кладет мяч в кольцо с середины площадки из толпы игроков в момент финального свистка. Майкл видел заранее, как он это делает. Видел, как совершает невозможное.

И потом это невозможное совершал.

Надпись «Занято» съехала в сторону.

– Простите, сэр. – Джо бросился вперед и дернул дверь, как бы не в силах больше терпеть.

Дверь поддалась, и Джо ударил локтем в щель – быстро, настолько быстро, что никто не заметил, и локоть ударил во что-то мягкое. Послышался болезненный вздох. Джо рывком распахнул дверь и втиснулся в туалет. Там стоял Уиллард в расстегнутом пиджаке, с вытаращенными глазами, сверкающими в свете флуоресцентной лампы.

Джо захлопнул дверь, и двое мужчин оказались притиснуты друг к другу, будто целоваться собрались. Глаза Уилларда стали дикими, он попытался выхватить из-под пиджака пистолет.

– Быстрее соображай, дерьмо вонючее, – сказал Джо, ударяя Уилларда коленом в пах.

Уиллард согнулся пополам, уронив пистолет – маленький пластмассовый «глок», – который упал в хромированный унитаз и погрузился в голубую жидкость. Не пистолет, а игрушка с виду, вроде тех, которые можно купить на распродаже у Ф.А.О. Шварца. Уиллард потянулся за ним, но Джо ударил террориста коленом в лицо, изо всех сил, до хруста.

Уиллард хлопнулся на унитаз, ударившись затылком о зеркало, замычав, как раненый зверь. У него к плечам был привязан самодельный нейлоновый рюкзак – парашют! Этот сукин сын хотел поставить мину и выпрыгнуть.

– Ах ты, старая пьянь, – прошипел Уиллард, обрызгав лицо Джо слюной и кровью. – Ты испортил мне представление!

Вдруг его руки оказались на горле у Джо – большие, мозолистые руки кельтского фермера. Джо отбивался, но мускулистые пальцы сжались, перекрывая ему воздух.

– Сейчас я с тобой посчитаюсь, – прохрипел Уиллард в лицо противника, и на Джо пахнуло глицерином, сигаретами «Данхилл», пивным перегаром, и он видел глаза Уилларда и знал, что попал в тиски зверя, машины для убийства.

Слава Богу, что Джо был в своих новых «флоршеймах». Он купил их в январе в «Уолтер Тауэр Плейс» и был очень доволен. Конечно, двести семьдесят девять долларов девяносто пять центов за ботинки воловьей кожи с зубчатым рантом – это расточительство, но Джо уговорил себя, что это расходы, которых требует бизнес. А то он уже несколько пообносился и стал привлекать внимание в ресторанах и офисах. Модная обувь снова открыла ему дорогу в мир помещений с дорогой мебелью.

Но сейчас, в тесноте и панике тесного сортира, фасон ботинок обрел совершенно новую функцию. Каблуки у них были острыми и выдавались как два зубила, и как только Джо это сообразил, правый каблук его взвился в воздух и тяжело опустился на ногу Уилларда.

Звук был такой, будто хрустнули куриные кости.

Хватка отпустила, Уиллард взвыл. Джо воспользовался возможностью ударить Уилларда головой, череп в череп, распластав террориста по зеркалу, которое звякнуло и покрылось паутиной трещин. У Джо потемнело в глазах, замелькали искры, но боли он не почувствовал. Он был теперь как мотор, рычащий в тесноте. Успев вдохнуть, он локтем мощно ударил Уилларда по зубам, отбросив террориста в сторону.

Уиллард врезался головой в металлическую коробку с гигиеническими салфетками. Металлическая стенка треснула, и на Уилларда посыпалась волокнистая масса. Он издал какой-то булькающий звук и снова попытался ухватить Джо за горло, но Джо было уже не остановить. Голова его гудела от гнева, раскаленного добела гнева на этого психа и труса, убийцу невинных людей, невинных детей. Джо ревел от ярости, бил Уилларда с локтя, удар за ударом, вбивая его в разбитое зеркало.

То ли на пятом, то ли на шестом ударе он сломал себе руку.

Это случилось, когда голова Уилларда вдруг дернулась вправо и рука, пролетев влево, ударилась о металлическую коробку с салфетками на стене. Костяшки пальцев пронзила внезапная боль, он отлетел спиной к двери, схватившись за больную руку, а Уиллард мешком свалился на унитаз. Джо жадно хватал воздух ртом. Боль была ослепляющей. Будто пальцы правой руки сунули в расплавленную лаву, в глазах потемнело, голова закружилась, подступила тошнота. Джо посмотрел вниз на Уилларда. Тот завалился набок, сидя на унитазе, будто упал в обморок во время испражнения. Глаза его закатились под лоб, белки были как два сваренных вкрутую яйца. Джо с трудом перевел дух и попытался встать поудобнее, потому что самолет шел на снижение, и его качнуло вперед.