***

Главным научным трудом Екатерины является «Наказ императрицы Екатерины II, данный Комиссии о сочинении проекта нового Уложения 1767 г.».

«Наказ» никогда не имел силы действующего закона. Он важен как первая попытка положить в основу законодательства выводы и идеи просветительной философии.

Говорят что…

… Екатерина отличалась исключительным трудолюбием. Она всегда придерживалась строгого распорядка дня. Вставала в 6 часов утра, два часа читала и писала. Затем начинались занятия государственными делами, слушания докладов, совещания с сановниками. После обеда опять рассматривались текущие государственные дела, продолжалась работа с книгами. И только ближе к вечеру она расслаблялась: осматривала предметы искусства, сама занималась живописью, гравировала. И уже собственно вечером были карты, бильярд, театральные представления. Ложилась спать в 11 часов. И так из года в год. Постоянная работа была нормой ее жизни.

… Императрица была упряма, своенравна, могла выглядеть высокомерной. Тем не менее, по свидетельству многих окружавших ее лиц, она была способна выслушивать иное мнение, иную оценку, умела сдерживать свой гнев, признавать свои ошибки.

… у нее хватало ума не считать себя самой умной. Она говорила, что знает много людей несравненно умнее ее. Она умела быть умна кстати и в меру. Екатерина обладала счастливым даром, необходимым для «человека власти»: сообразительностью, чутьем, умением быстро схватывать и обобщать все имеющиеся данные, чтобы вовремя принять решение, а приняв его, постараться провести в жизнь.

… она умела располагать к себе самых разных людей – от прислуги до королей. Причем, наперекор общему правилу замечать чужие слабости, чтобы пользоваться ими, Екатерина предпочитала находить в людях сильные стороны, чтобы опереться на них.

… Екатерина II была очень смелой женщиной. И сама о себе она однажды сказала: «Если бы я была мужчиной, то была бы убита, не дослужась и до капитанского чина».

… она обладала своеобразным чувством юмора. Однажды Екатерине II было подано прошение одного флотского капитана разрешить ему брак с негритянкой. Екатерина разрешила, но это ее позволение вызвало осуждение среди многих православных, считавших такое бракосочетание греховным. Екатерина ответила так:

– Сие есть не более чем честолюбивый политический замысел против Турции: я хотела этим торжественно ознаменовать бракосочетание русского флота с Черным морем.

… Императрица была недовольна Английским министерством за некоторые неприязненные изъявления против России в парламенте. В это время английский посол просил у нее аудиенции и был призван во дворец. Когда он вошел в кабинет, собачка императрицы с сильным лаем бросилась на него и посол немного смутился. «Не бойтесь, милорд,– сказала императрица,– собака, которая лает, не кусается и неопасна».