— Хель! — Заметив нас, Шмуль заложил крутой вираж и опрометью ринулся к склепу. — Вот ты где! Стой на месте, не двигайся!

Я в недоумении вскинула брови.

— Что у них стряслось? Змеи на болоте разбежались?

— Скорее, со страху весь яд растеряли, — пробормотал Васька. — И теперь наш фей спешит обратно, чтобы спросить пару капелек у тебя.

— Может, он что-то спер у кикимор? — предположила Улька, на всякий случай подтянув поближе сумку с зельями. — Или темное заклинание случайно использовал?

Я пожала плечами. Мог и спереть. А мог и заклинание сотворить. Шмуль же в темной ипостаси, да еще и под проклятием, так что всякое возможно.

— Хелечка! — Запыхавшийся фей резко спикировал вниз и тяжело плюхнулся на землю. Но тут же вскочил, суетливо пригладил топорщащиеся в разные стороны вихры, утер рукавом перепачканное в болотной тине лицо. После чего чинно подошел и с торжественным видом протянул мне изрядно помятый цветок, с которого прямо на глазах облетали ярко-желтые лепестки. — С днем рождения тебя!

Я в полном обалдении уставилась на гордо надувшегося фея. И особенно — на издыхающее растение, подозрительно похожее на болотную лилию. Красивую, но смертельно ядовитую дрянь, к которой даже прикасаться было опасно.

— Хм… это мне?

— Тебе, — гордо сообщил Шмуль, настойчиво протягивая отраву. — Прими от меня этот скромный дар! Счастья тебе и долголетия, дорогая подруга!

Я перевела такой же обалделый взгляд на бегущего со всех ног ангела, в руках которого болтался роскошный куст конопли, затем — на отставшего оракула, который в этот момент торопливо рвал цветы с чьей-то могилы. Подметила, с какими лицами следят за ним редкие посетители соседнего кладбища. Покосилась на медленно бредущую в нашу сторону траурную процессию, в рядах которой наметилось беспокойство. Наконец взяла «подарок» двумя пальцами и, подумав о том, что яду в этом невзрачном цветочке хватит, чтобы травануть весь преподавательский состав университета, неловко кашлянула.

— Спасибо. Я, как бы это сказать, тронута…

Мартин, наконец вспомнивший, что умеет передвигаться не только пешком, внезапно исчез и мгновение спустя возник рядом со мной. После чего оттолкнул фея плечом и торопливо протянул коноплю.

— Поздравляю тебя, Хель. Прости, что с опозданием, но этот… — метнув на Шмуля свирепый взгляд, Мартин проглотил какое-то слово, — не напомнил с утра, поэтому я долго искал, что подарить, но нашел только ее… Короче, вот! — окончательно смешался наш ангел, тряхнув коноплю так, что с перекрученных неведомой силой корешков осыпались остатки земли. — Пусть все твои мысли сбываются, а мечты исполняются!

— Отличное пожелание! — радостно брякнул из-за его спины Шмуль. — Тем более мечтами он тебя надолго обеспечил.

Я нашла в себе силы улыбнуться.

— Ребят, это так мило…

— Вот тебе… уф… еще один подарочек! От меня! — с трудом отдышавшись, протянул свой «гербарий» оракул, и мне пришлось принять сомнительного вида букет, особый шарм которому придавали ярко-синие могильные незабудки. — Поздравляю! И желаю, чтобы ты надолго запомнила этот прекрасный день!

— Спасибо. До самой смерти не забуду, — пообещала я, прикидывая, куда бы деть сомнительные дары так, чтобы никого не убить. Вон и народ из траурной процессии как-то замедлился, некоторые охранными знаками себя осенили. А парочка особо нервных даже попятилась от владений Личианы подальше. Этак вовсе хоронить передумают.

— Ой, а мой подарок в комнате остался, — заполнила неловкую паузу Улька и огорченно шмыгнула носом. — Я тебе его вечером подарю, ладно?

Боясь представить, что там напридумывала баньши, я принужденно кивнула, а Васька оттащил Шмуля в сторону и яростно прошипел:

— Что ж ты мне, стрекозлина, не сказал про день рождения?!

— Я сам только сегодня вспомнил!

— Из-за тебя я пришел без подарка!

— Вон сколько вокруг цветов растет. Нарви, и дело с концом.

— С ума сошел? Чтоб я чужие могилы разорял?

— А тебе для подруги жалко?!

— Пойдемте-ка праздновать, — поспешила я прервать едва не начавшуюся ссору. — Я, честно говоря, не хотела, но, раз уж вы с подарками, давайте по-быстрому тут закончим и двинемся в Город. Трактиры, надеюсь, к тому времени еще не закроются.

Спор между оборотнем и феем мгновенно прекратился, Улька просветлела лицом, а Мартин с Зыряном синхронно кивнули.

«Ну, здравствуй, совершеннолетие, — с досадой подумала я, когда друзья с энтузиазмом принялись выпалывать оставшиеся две грядки. — Надеюсь, я не прогадала с „зельем мертвеца“, и у нас не будет неприятностей».

Утром следующего дня мы, умытые, причесанные и абсолютно трезвые, тесной группкой стояли у расписания. Поскольку время было раннее, народу вокруг толклось немного — большинство студентов заявятся только к обеду, наивно веря, что ни один препод не рискнет устраивать зачет в первый день учебы. Однако мы, помня события прошлого года, надеяться на авось не стали.

Надо заметить, студентов в УННУНе обучали группами, а не курсами, как, например, в Аду. Общие лекции, конечно, случались, но так редко, что об этом даже упоминать не стоило. А все остальное время распределялось между профильными, дополнительными занятиями и факультативами, где предполагалось развивать индивидуальные особенности каждого ученика. По этой причине расписание было составлено хитро — вроде бы по группам, но, стоило к нему только прикоснуться, как поверх общих предметов выскакивали индивидуальные для каждого студента уроки.