— Это звучит так странно для женщины, сделать это.

— Мужчины-клиенты являются гораздо более распространенным явлением, — признался он.

Она опустила руки и подняла голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Вопрос на ее лице был очевиден.

Поэтому он сказал:

— Когда я был помладше, Кэтрин послала меня на частную вечеринку с несколькими другими жиголо. Мы должны были делать все, что захотят гости. — В первый раз, когда он посетил одну из таких вечеринок, Райану досталась молодая женщина, которая описала себя ему как напористый рок-музыкант, и она вынесла ему мозг. Горячий, энергичный секс в роскошном месте, и ему за это заплатили. Он был уверен, что это лучше, чем есть из мусорных контейнеров. — На второй или третьей встрече я пошел... — Он пожал плечами. — Мужчина хотел меня. В этом не было ничего необычного. Особенно, когда я был помоложе.

Сара продолжала смотреть на него, явно расстроенная.

— Ты ... Ты ...

Он колебался, прежде чем сказать.

— Я был вежлив, как меня учили, но я отказался. Клиент, тот, кто организовывал эти вечеринки, пожаловался Кэтрин. Я сказал ей, что не стану этого делать. И мне плевать, что большинство из других мальчиков делают это...

— Они занимаются…?

— Не все из них, но многие. Даже если они гетеросексуалы. Это просто бизнес, Сара.

— Боже. — Она снова положила голову на руки.

— Потому что мужчины заказывают мужчин, в целом, гораздо чаще, чем женщины.

— Это то, о чем я подумала. Я не знаю ни одной такой женщины.

— Во всяком случае, Кэтрин и я поспорили об этом.

— Она спорила с тобой? Она попыталась сделать тебя...

— Но из-за того, что случилось со мной на улице ночью, когда она спасла меня… — Он снова пожал плечами. — Она согласилась со мной, в конце концов. И она никогда сознательно не ставила меня снова в такое положение.

— Черт возьми, какая добрая самаритянка.

— Или хорошая суманянка, — пробормотал он.

 — Суманянка? — Она подняла голову и уставилась на него.

 Он махнул рукой.

— Тот мальчик сказал это сегодня утром. Я продолжаю думать о нем.

 Она изучала его мгновение.

— Ты отождествляешь себя с этим ребенком, не так ли?

— Я был таким ребенком. Только немного умнее и более приспособленным к улице. — Он нахмурился. — И если я едва смог выжить в течение двух лет на улице, то какой шанс у него?

— Тогда почему бы тебе не помочь ему?

Он встретился с ней взглядом, и он был ошеломлен, увидев, что она смотрит на него, как будто она думала, что он тот, кто мог бы помочь этому малышу.

 Когда он не ответил, Сара сказала:

— Несмотря на всю твою трогательную благодарность Кэтрин...

— Сара, это...

— Это не то, будто я хочу, чтобы ты свел этого ребенка с Кэтрин.

— Боже, Сара! Как ты думаешь обо мне? — рявкнул он. — Я не собираюсь тащить ребенка в… — Он вспомнил, что они находились в общественном месте, и понизил голос. — Я не вовлеку ребенка или кого-то еще в занятие проституцией. Это то, что выпало мне судьбой. И я не сижу здесь и не рекомендую это тебе, как способ к существованию...

— Я знаю это. — Она попыталась снова положить свою руку на его, но он оттолкнул и посмотрел на нее.

— Я не тот, кто хотел заманить ребенка в...

— Райан, мне очень жаль.

— …или как отличное решение всех проблем, просто убежать!

— Я не это имела в виду.

— Именно это, Сара.

Она вздохнула.

— Может быть, я и подумала. Я не знаю. Мне очень жаль.

— Я — шлюха, — жестко сказал он, — но я не подлый ублюдок...

— Я знаю это.

— И я не охочусь на детей.

— Прости.

Он посмотрел вниз. Через некоторое время, он спросил:

— Ты действительно думаешь, что я бы сделал это? — Когда она не ответила, он сказал: — Я был честным. Ты тоже должна. Это то, что ты думаешь обо мне?

Он почувствовал себя плохо, когда она не ответила сразу.

После напряженного молчания, она, наконец, сказала:

— Я понимаю, почему это казалось ... Нет, честно говоря, почему это был лучший вариант в твоей жизни когда-то давно. — Она сделала паузу. — Но я не понимаю, почему ты до сих пор занимаешься этим? — Когда он не ответил, она продолжила: — Райан, у тебя есть все, что нужно...

— Нет, не все.

— Ты умный, красивый, очаровательный.

— Великолепный жиголо, — сказал он с мрачной иронией.

— Ты мог бы заниматься чем-то другим. Чем-то, что ты не должен скрывать от людей или лгать.

— Например? — Он покачал головой. — Сара, у меня нет ни записей в трудовой книжке, ни опыта, и у меня есть привод в полицию.

— Ты мог бы отказаться от этой жизни, — настаивала она.

— Я пытался, — огрызнулся он. — Это не сработало. Я застрял, Сара.

Она смотрела с удивлением и ждала, что он скажет дальше.